Присоединяйтесь к нашим группам

Выход в отказе от глобальных претензий

Выход в отказе от глобальных претензий
Российский политолог, доктор исторических наук, эксперт в области современной внешней и внутренней политики России Александр Сытин*, прокомментировал нашему изданию ряд внешне- и внутриполитических аспектов современной российской политики.
10 11 2015
08:43

- Александр Николаевич,  сегодня среди экспертов все шире распространяется мнение о том, что Путин пошел в Сирию, просто потому, что он потерпел поражение в Украине. Неужели все так однозначно и за этим не стоит никакой долгосрочной стратегии?

- Нет, какая-то стратегия возможно и имеет место. Существует определенная линия преемственности  еще со времен Советского Союза, с той частью советской внешней политики, которая рассматривала широкий пояс от северной Африки, а точнее североафриканской части бывшей Оттоманской империи, до Ирана и той части ближнего Востока, которая как раз включает в себя Сирию, в качестве зоны своих интересов. Начиная с периода второй мировой войны, СССР старался там удерживать и наращивать свое влияние. Второй момент, связан с тем, что Примаков, который пользовался большим влиянием и к которому прислушивался Путин, неоднократно говорил о том, что Россия, новая Россия должна поставить перед собой задачу по установлению своего влияния в этом регионе. Третий момент. Сейчас действительно   с полной уверенностью можно утверждать, что в Украине Россия потерпела общестратегическое поражение и в настоящее время ищет пути для отступления с сохранением лица. Возможно еще обострение ситуации, в том числе и военное, но на сегодняшний день, то, что произошло, везде в мире рассматривают, как поражение России, поражение стратегическое и глобальное.  Мало того, что в Украине, Путин не добился никаких преимуществ, зато благодаря этой авантюре Россия утратила все ключевые позиции, завоеванные страной после 1999 года. Однако, нельзя однозначно утверждать, что Сирия является лишь отвлекающим маневром, дымовой завесой, предназначенной для того, чтобы прикрыть выход России с Украины. Это не так.

Однако, нельзя не отметить, что сегодня властями России делается попытка, чтобы снова войти, как говорили раньше в старой дипломатии, в «концерт цивилизованных государств», предложив, достаточно неуклюже, свои услуги по «разруливанию» ситуации в Сирии, надеясь попутно спасти своего союзника сирийского диктатора Башара Асада.

Но здесь произошло следующее: Башар Асад, во всем мире персона нон-грата. И естественно, что вся пропагандистская машина Запада будет направлена на то, чтобы выставить ситуацию таким образом, что Путин однозначно защищает Асада и чисто внешне, да в общем-то и не только чисто внешне эта ситуация именно так и происходит.

Сирийкая оппозиция, и вообще вся ситуация в Сирии, образовались не вчера. Она связана не только и не столько с пресловутым Исламским Государством (запрещенным в России. Прим.ред.), которое, как мы знаем, появилось относительно недавно, когда гражданская война в Сирии уже бушевала вовсю.

Противостояние между Асадом и его силовыми структурами и суннитами началось еще в 2011 году. И поэтому, то делает на сегодняшний день российское провластное экспертное сообщество, а за ним средства массовой информации, говоря о том, что там существует две силы – это Асад со своими силами и Исламское Государство, мягко говоря, является искажением действительности. Там идет гражданская война, в которой участвуют множество разных сил.

Тот факт, что Россия туда вмешалась, ставит ее в очень сложное положение уже в рамках исламского мира, потому, что совершенно непонятна дальнейшее развитие и политики Ирана и позицию, которую эта страна может занять в будущем. Москва считает Иран своим союзником, но это на самом деле не совсем так, или даже совсем не так.  Я бы оценивал отношение Москвы и Ирана, скорее как ситуативное союзничество. Кроме того, мы оказываемся в ситуации очень сложных взаимоотношений с Саудовской Аравией, которая безоговорочно поддерживает сирийскую оппозицию (подчеркиваю - не ИГ).

Мы настраиваем против себя всю суннитскую общину, которая насчитывает больше миллиарда человек и, как мы помним, именно сунниты составляют подавляющее количество российских мусульман.

Последует ли в ближайшее время негативная реакция со стороны суннитов или не последует, это уже другой вопрос, однако, бомба, под отношения России и исламского мира определенно закладывается.

Поэтому, стратегический расчет, может быть, и был, но результаты трудно назвать хорошими, а перспективы выглядят еще более безрадостными.  Кроме того, российские вооруженные силы, оказались в прямом соприкосновении с американскими вооруженными силами, что называется - не приведи Господь, если кто-нибудь в кого-нибудь случайно выстрелит.

Ведь такого близкого соприкосновения российских и американских вооруженных сил не было со времен Карибского кризиса.

И вот эти все факторы в совокупности делают восторги перед стратегическим гением Кремля как-то очень сомнительными.

- Может быть, расчет был еще и на внутренний мобилизационный эффект? Например, рейтинг нашего президента, вопреки всему растет и растет; а как разгромим террористов в Сирии и популярность власти достигнет 100%

- Сомнительный план.  К моему глубокому убеждению выиграть войну в Сирии или хотя бы добиться там таких успехов, которые можно было бы представить, как маленькую победоносную войну, невозможно.

Хотя бы потому, что сохранение режима Асада не примет большинство населения Сирии. Ни для кого не секрет, что Асад представляет собой национально-религиозное меньшинство алавитов, а подавляющее население страны это мусульмане-сунниты, что в стране очень остро стоит и курдский вопрос, все эти группы, несмотря на то, что порой могут воевать и  друг с другом, лютой ненавистью ненавидят Асада.

Тут уместно вспомнить, как начиналась для СССР война в Афганистане. Она началась со спецоперации, в которой принимали участие несколько десятков спецназовцев, которые штурмовали дворец Амина. И казалось, что все этим и закончится. Сами знаете, что там, в итоге получилось. Тоже самое получается и здесь. Асад и проасадовские силы, будут получать удары со стороны противостоящих им сил, придется им активно помогать, и одними бомбардировками тут не обойдешься.  Трудно себе представить, чтобы в рамках масштабной операции, а это очень масштабная операция, возможно удержаться от того, чтобы не начать посылать туда дополнительные контингенты, в том числе и наземные. Что по некоторым данным уже происходит.

 Я уже не говорю о том, что произойдет, если Катар и Саудовская Аравия, а судя по поступающим оттуда сигналам это может произойти в самом ближайшем будущем, поставят сирийской оппозиции портативные средства ПВО.

- Можно ли назвать ситуацию, в которую попала Россия цугцвангом (положением, в котором любой ход ведет к ухудшению его позиции, прим. Ред.), или какой-то выход можно найти?

- В  таких случаях я всегда вспоминаю одну поговорку о том, что нет безвыходных положений, есть ситуации выход, из которых нас не устраивает.  Поэтому все то, что можно и нужно сделать для того, чтобы выправить эту ситуацию и вернуть доверие к России на международной арене лежит в диаметрально противоположной плоскости к тому, что сейчас делает Путин. Что же касается внутренней мобилизации.  Мне не нравятся сценарии, связанные с внутренней мобилизацией. Понятно, что мои симпатии не лежат в плоскости тоталитаризма, впрочем, и без этого очевидно, что успех здесь может быть, достигнут только на очень незначительный период времени.

Ухудшение экономической ситуации, падение уровня жизни объективны и очевидны для всех. В дальнейшем эти факторы будут играть все большую роль в восприятии населением России действий власти. Поэтому я не верю во все эти запредельные рейтинги любви к Путину по 90%. Все мы знаем, как работает социология в авторитарных режимах - всерьез ее воспринимать может только очень наивный человек. Поэтому можно прогнозировать, что на первом этапе правительство получит такую вот тупую апатию населения, которое будет думать только о своем выживании и по мере ухудшения ситуации неизбежно столкнется с ростом недовольства.

- А что вы тогда скажете о все громче звучащих голосах со стороны представителей  так называемого «патриотического лагеря» о том, что надо переключать страну в режим автаркии (“самообеспеченность” - прим. Ред.); назначить премьером господина Глазьева, который, с точки зрения большинства экспертов, предлагает ряд сомнительных, но при этом весьма радикальных мер для выведения российской экономики из кризиса. Насколько, по-вашему, вероятен подобный сценарий?

- Может быть все, но надо представить себе последствия. А они будут катастрофичными. Я все же полагаю, что Россия с одной стороны слишком велика, а с другой слишком зависима от внешнего мира, чтобы в ней возможна была реализация сценария автаркии.  Я здесь даже не о продуктах питания, хотя известно, насколько Россия зависит от импорта продовольствия (как вы понимаете, я вовсе не о элитных сырах и пресловутом  хамоне говорю). Но и в том числе промышленном, технологическом и финансовых сферах.

Какая может быть политика изоляции, когда в нашей стране, основной доход которой складывается из экспорта энергоресурсов, отсутствует ряд важнейших технологий, без которых невозможна разведка и добыча того же газа? Не говоря уже о других  технологиях, в той же электронике, например.

- Но Северная Корея как-то выживает без всех этих технологий?

- Не думаю, что среди россиян найдется много желающих пожить так, как в Северной Корее. Как вы понимаете, что элита страны, в широком понимании этого слова, тоже совершенно не готова жить, как в Северной Корее.

Что касается Глазьева, которого вы упомянули, то человек с экономическим образованием, работавший еще в правительстве Егора Гайдара, не может не понимать последствий таких шагов, если они будут реализованы. Поэтому я думаю, что его роль сводится к тому, чтобы озвучивать идеи тех сил, готовых извлечь выгоду из тех программ, которые он предлагает. Думаю,  что, судя по реакции на самом верху их реализация в настоящий момент не актуальна. А вот что будет дальше  - я бы не рискнул прогнозировать.

- Когда в стране могут наступить положительные перемены? Так ли виноват Путин?

- Я считаю, что дело совершенно не в Путине, а дело в системе, которая пытается на суженном экономическом и демографическом базисе возрождать великодержавные тенденции Российской Империи и СССР. Поэтому теоретически, будет ли это Путин или кто-то другой, они будут действовать в рамках определенной парадигмы существования и развития страны и до тех пор, пока эта парадигма не сменится другой в результате каких-то экстремальных событий, сейчас нет смысла говорить, каких, или эволюционным путем.

Не важно, но до тех пор, Россия будет снова и снова терпеть поражение, просто потому, что соотношение сил  в мире складывается  не в ее пользу.

Поэтому надо вписываться в состав цивилизованного мира и играть по его правилам. Совершенно не важно, что мы с вами думаем по поводу присоединения Крыма, а важно то, что по этому поводу думает мировое сообщество.

Вы сколько угодно можете твердить о восстановлении исторической справедливости, а люди, которые принимают решения в столицах мировых держав, с которыми России приходится контактировать, думают совершенно иначе. Поэтому либо нужно отказываться от имперских амбиций, от стремления стать глобальным центром силы, составив в этом конкуренцию США и Евросоюзу, либо внешнеполитическая ситуация, а также ситуация в стране будут только ухудшаться и обостряться.

- А шанс вернуться в мировое сообщество у России есть? Ведь звучат голоса скептиков, которые говорят, что наша страна выбыла из списка цивилизованных держав надолго  и  ничего хорошего нашу страну не ждет?

- Я с таким видением не согласен. В рамках нынешней политической системы координат, да выпали надолго. Потому, что понятно, что власть даже переговоров по статусу Крыма не будет вести уже никогда, между тем, все европейские дипломаты и представители Евросоюза, с кем мне приходится беседовать, говорят, что зря в Кремле рассчитывали, что это кто-то когда-нибудь может забыть.

Никто не забудет Крым, никто не забудет сбитый Боинг, никто не забудет ситуацию с Донбассом.

Потому, что Украина, так или иначе,  с тем или иными сбоями, но все равно будет двигаться в сторону Евроинтеграции. Наконец никто не забудет России и поддержку Асада, который по своему политическому реноме приближается к группе международных преступников. Поэтому в рамках нынешних политических координат выхода нет.

А вообще выход есть,  это именно отказ от глобальных претензий и попыток позиционировать себя в качестве оппонента Запада, в рамках новой Холодной войны. А отказ от конфронтационной политики и  встраивание России в мировую систему в качестве мощной, но, тем не менее, региональной державы.

Соблюдение принципов и правил, которые приняты международным сообществом, и понимание, наконец, того, что послевоенная Ялтинско — Потсдамская система, в которой Советский союз играл роль второго (после США) полюса силы, она отжила и ушла в историю. И что многое теперь надо выстраивать все заново. Вот выход находится где-то тут. А уж, какая власть, и при каких обстоятельствах сможет эту задачу решить, мы так или иначе рано или поздно увидим.

Справка Obzor.press:

*Сытин Александр Николаевич. Доктор исторических наук. Историк, политолог, аналитик, эксперт в области международных отношений.

До 2014 года занимал должность заместителя Руководителя Центра исследования проблем стран ближнего зарубежья/Начальник сектора европейских стран СНГ в Российском  институте стратегических исследований (РИСИ), который до 2009 года входил в Службу внешней разведки РФ, а затем был переформатирован в структуру, учредителем и основным заказчиком работ которой выступала Администрация Президента России.   В октябре 2014 г. Был уволен из РИСИ по идейно-политическим мотивам. В настоящее время руководит Центром политических исследований стран Северной и Восточной Европы (North&Eastern Europe Research Political Center). 

Александр Орлов.







Washington Post
Внешнеполитическая позиция Трампа изменилась в лучшую для США сторону, пишет бывший посол США в России Майкл Макфол для The Washington Post. Однако, по мнению Макфола, этот разворот может быть вызван не «фундаментальными изменениями в мышлении» американского президента, а политической «импровизацией» Трампа.
23:42 | 29.04.2017
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!