Присоединяйтесь к нашим группам

Западная цивилизация и Исламское государство: с кем ведет войну ИГИЛ?

Западная цивилизация и Исламское государство: с кем ведет войну ИГИЛ?
По крайней мере, Марк Рубио в качестве ответной реакции на теракты в Париже не потребовал от США принимать в страну только христианских беженцев. Он благоразумно оставил это на долю Теда Круза.
16 11 2015
16:56

Петер Бейнарт, политический обозреватель «TheAtlantic» и «NationalJournal».

Однако, принимая во внимание репутацию внешнеполитического зануды у сенатора от штата Флориды в республиканских кругах, не мешает обратить внимание на то, насколько глупо в некоторых моментах прозвучало его заявление.

«Теракты в Париже, - начал Рубио, - это сигнал к пробуждению». Простите за педантизм, но это одно из самых расхожих и глупых клише в политике.  «Сигналом к пробуждению» обычно называют действие, которые вы планируете сами, заранее, с целью своевременно вырваться из объятий сна, обычно с помощью гостиничного служащего. Теракты в Париже были ужасающим шоком, вызванным врагами Франции.  Они не были «сигналом к пробуждению», только если не предположить, что  Франция сама заранее их спланировала.

Лингвистические чудачества преследуют автора и двумя строками ниже. «Это не относится к вопросам геополитики, имеющим значение в случаях, когда захватываются территории или когда две страны сражаются одна против другой, - заявил Рубио. -  Они буквально хотят сломить и подавить наше общество, навязав нам свое радикальное суннитское исламское видение будущего. Это не конфликт, вызванный противоречиями или взаимными претензиями. Это столкновение цивилизаций». Так и хочется спросить у Рубио, кто же эти загадочные «они». Согласно заявлениям французского правительства, теракты в пятницу были осуществлены сторонниками Исламского государства. Однако, если верить Рубио, то, что произошло в Париже – это «столкновение цивилизаций».

Рубио делает в точности то, чего и добывается Исламское государство: он отождествляет ИГИЛ с исламом.

Но ИГИЛ не является цивилизацией. На некоторых территориях, захваченных у Ирака и Сирии, оно провозгласило себя государством, которое никто в мире не признал. По сути, это всего лишь сеть террористических группировок, связанных общей идеологией. «Цивилизациями» же называют культурные сообщества. Называя теракты в Париже «столкновением цивилизаций», Рубио взывает к знаменитой статье Сэмюэля Хантингтона, опубликованной в 1993 году в журнале «Foreign Affairs» под тем же названием. В своей статье Хантингтон определяет «цивилизацию» как «широчайший пласт культурной самобытности, объединяющей людей». Он считает, что мир состоит из «семи или восьми» основных цивилизаций: «западной, конфуцианской, японской, исламской, индуистской, славянско-православной, латиноамериканской и, возможно, африканской».

Кратчайшим путем к пониманию и интерпретации утверждения Рубио, таким образом, является предположение о том, что эти цивилизационные «они», повергшие Париж в ужас, относятся к лицам, исповедующим ислам. Среди консервативных рядовых членов партии, к которым апеллирует Рубио в ходе своей избирательной кампании, эта точка зрения весьма популярна. Например, опросы в таких штатах, как Айова и Северная Каролина, свидетельствуют о том, что более 1/3 сторонников Республиканской партии выступают за запрет ислама в Соединенных Штатах.

Бен Карсон и Дональд Трамп весьма однозначно и жестко придерживаются подобной одиозной точки зрения. Рубио, по своему обыкновению, высказывается мягче. Но абсолютно неважно, насколько фундаментально его восприятие отличается от мировоззрения двух президентов, возглавлявших страну после событий 11 сентября 2001 года. Тогда Джордж Буш заявил, что Америка будет сражаться с идеологией, которая «охватила ислам», точно также как боролась с нацизмом, охватившим Германию, и коммунизмом, охватившим Россию. Барак Обама утверждал, что даже подобное сравнение предоставляет фанатичным джихадистам статус, которого они не заслуживают. Рубио же в своих рассуждениях идет еще дальше Буша. Рубио делает в точности то, чего и добывается Исламское государство: он отождествляет ИГИЛ с исламом.

А теперь, собственно, само окончание речи Рубио: «Они ненавидят нас не за наше военное присутствие на Ближнем Востоке. Они ненавидят нас за наши ценности. Они ненавидят нас за то, что наши дочери ходят в школу. Они ненавидят нас за то, что наши жены водят машину. Они ненавидят нас за то, что у нас есть свобода слова, что у нас есть свобода вероисповедания. Они ненавидят нас за то, что мы являемся толерантным обществом».

Все это, по большому счету, неправда. Конечно, Исламское государство может ненавидеть толерантность, свободу и женское равноправие. Но не по этой причине произошли теракты в Париже.

Взгляд на историю этой организации поможет прояснить ситуацию. Исламское государство зародилось в 2004 году в качестве подразделения «Аль Каиды» не потому, что его основатель Абу Мусаб аль-Заркваи обнаружил, что дороги Америки наводнены женщинами-водителями, а по той причине, что Америка вторглась в Ирак. Когда США начали вывод своих войск из Ирака, «Аль Каида» не последовала за ними в их отчий дом. Напротив, она развязала войну против шиитского правительства Ирака. Затем, после того, как началось народное восстание против сирийского президента Башара Асада в 2011 году, она поспешила начать войну и против алавитского режима, изменила свое название на «Исламское государство» в Ираке и Сирии и провозгласила халифатом территории, которые успела прибрать к рукам. «На протяжении более десяти лет, - отмечает Дэниэл Баймен, эксперт по терроризму Джорджтаунского университета и Института Брукингса, Исламское государство «прежде всего и в первую очередь сосредотачивало свои силы на театре непосредственного ведения боевых действий».

Если следовать логике Рубио, то в этом нет никакого смысла. Если ориентироваться на то, что ненависть Исламского государства вызвана существованием либеральной демократии, то с какой стати оно годами воюет против авторитарных правительств и режимов Сирии и Ирака? И с какой стати им уничтожать российский авиалайнер в прошлом месяце? Как известно, Владимир Путин тоже не является ярым приверженцем либеральной демократии.  

В Коста-Рике женщины тоже сидят за рулем автомобилей, но Исламское государство вряд ли планирует теракты против Коста-Рики, потому что Коста-Рика не оспаривает права Исламского государства на власть на Ближнем Востоке.

Очевидный ответ заключается в том, что Исламское государство борется против тех, кто мешает им на пути к достижению власти, и не важно, являются ли их оппоненты сторонниками либеральной демократии или нет. Оно нападает на Россию по той причине, что Россия присоединилась к военным действиям в Сирии на стороне Башара Асада. Несмотря на то, что Москва значительную часть своих авиаударов нанесла по позициям сил сирийской оппозиции, Исламское государство явно смотрит на Россию как на военного противника. Точно также оно смотрит на Францию, которая в сентябре увеличила интенсивность своих воздушных бомбардировок позиций сил ИГИЛ на территории от Сирии до Ирака. В прошлом месяце Франция объявила о своем решении отправить авианосец в Персидский залив для проведения воздушных атак против террористической группировки из данного района. ИГИЛ отдельно отмечает роль Франции в «Крестовом походе» в Сирии в своем заявлении об организации террористических актов в Париже.

Если быть точнее, Исламское государство определяет своих врагов не только в военном отношении. В его заявлении о причастности к террористическим актам также говорится о тех людях во Франции, которые «смеют хулить нашего Пророка», что напоминает о теракте в январе этого года, когда йеменское подразделение «Аль Каиды» совершило нападение на редакцию французского карикатурного журнала «CharlieHebdo», отомстив за публикацию карикатур, высмеивающих пророка Мухаммеда. Но каким бы омерзительным не было подобное нападение, оно само по себе  не было вызвано, как утверждает Рубио,  ненавистью к либеральной демократии. Если бы джихадисты хотели нанести удар по свободе слова и толерантности, они могли бы напасть на любой французский университет, книжный магазин, библиотеку или издательство.  Нападавшие Саид и Шериф Куачи избрали своей мишенью «CharlieHebdo»  по той причине, что в их извращенном мировосприятии высмеивание Мухаммеда является формой войны против ислама. По словам Шерифа, «они защищали своего Пророка».

Совершенно очевидно, что объяснение причин терактов Исламского государства никоим образом их не оправдывает. Только тоталитарное мышление может воспринимать карикатуры как акт войны. И считать, что причина пятничных терактов в Париже кроется в реакции на внешнюю политику Франции, а не во французском либерализме – не значит признавать французскую внешнюю политику неправильной. Именно геноцид Исламского государства против маленькой секты езидов в августе 2014 года в первую очередь вынудил США и их европейских союзников начать военные действия против этой террористической группировки. Как в моральном, так и в стратегическом отношении, подавление и последовательное уничтожение кошмарного влияния Исламского государства на судьбы миллионов людей являются целями, оправдывающими войну.

Тем не менее, война всегда остается войной. Вопреки желанию Рубио, борьба против Исламского государство носит абсолютно «геополитический» характер, и она во всех отношениях связана с «военным присутствием США на Ближнем Востоке». В Коста-Рике женщины тоже сидят за рулем автомобилей, но Исламское государство вряд ли планирует теракты против Коста-Рики, потому что Коста-Рика не оспаривает права Исламского государства на власть на Ближнем Востоке. США и Франция бросили вызов этой власти, и пока они будут продолжать  это делать, Исламское государство будет пытаться запугать их, осуществляя террористические акты и диверсии. Внутренние свободы и ценности Америки, как бы они не были всем нам близки и дороги, не имеют к этому никакого отношения.

ИГ является террористической организацией, её деятельность запрещена на территории РФ.


Источник: theatlantic.com





Liderweb
Фредди Бонилья, секретарь безопасности Гражданской Авиации Колумбии, сообщил, что расследование аварии самолета, потерпевшего крушение у берегов Колумбии с восходящей бразильской футбольной командой "Шапекоэнсе" (Chapecoense), считает, что в момент крушения в воздушном судне закончилось топливо.
02:30 | 02.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!