Присоединяйтесь к нашим группам

Исламское государство — это не террористическая группировка. Часть 3

Исламское государство — это не террористическая группировка. Часть 3
Проанализировав последние завоевания ИГИЛ в суннитских областях Ирака, которые, фактически, свели на нет успехи, достигнутые после усиления воинского контингента, некоторые аналитики начали призывать Вашингтон ответить на это второй волной применения решительной стратегии борьбы с повстанческими выступлениями. И, похоже, им удалось, по крайне мере частично, убедить в этом Белый дом — в прошлом году Обама попросил Аллена стать его специальным представителем для создания коалиции против Исламского государства в регионе. В таком подходе есть определенная логика, поскольку ИГИЛ во многом опирается на поддержку тех же самых мятежных группировок, которых удалось нейтрализовать после укрепления американского воинского контингента и суннитского пробуждения. Эти группы снова стали представлять угрозу в связи с вакуумом, который образовался после вывода американских войск в 2011 году и шиитской диктатуры Малики в Багдаде.
20 11 2015
13:28

Одри Курт Кронин.

Однако нынешняя ситуация совершенно не похожа на ту, с которой Вашингтон столкнулся в 2006 году, и американская логика борьбы с повстанческими выступлениями сейчас не даст ожидаемого результата. Соединенным Штатам не удастся завоевать умы и сердца иракских арабов-суннитов, потому что правительство Малики уже потеряло их. Иракское правительство с доминированием в нем шиитов до такой степени подорвало свою политическую легитимность, что ее будет невозможно восстановить. Более того, США в итоге вывели войска из Ирака. Конечно, можно снова их туда отправить, но нельзя вернуть доверие к правительству, которое американцы больше не контролируют. ИГИЛ — это не просто группа повстанцев, сражающихся с силами правительства. Это одна из сторон в гражданской войне между отделившейся территорией и слабой центральной властью.

Разделяй и властвуй?

Соединенные Штаты опирались на стратегию борьбы с антиправительственными выступлениями не только для того, чтобы предотвратить распад государственности в Ираке, но и чтобы показать, как противодействовать джихадистскому движению в целом. Аль-Каида расширялась, убеждая воинственные мусульманские группировки по всему миру трансформировать свои более узкие националистические кампании в узлы мирового джихада под своим управлением, иногда даже в качестве филиалов. Однако между чеченскими, филиппинскими, индонезийскими, кашмирскими, палестинскими и уйгурскими боевиками мало общего в смысле целей и задач. Поэтому Аль-Каиде было трудно объединить все группировки под одним прапором и командованием. Группировке не удалось полностью примирить и согласовать собственные цели с интересами разбросанных и удаленных отделений.

Это делало всю сеть уязвимой, чем и стремились воспользоваться Соединенные Штаты с союзниками. Правительства Индонезии и Филиппин одержали решительные победы над филиалами Аль-Каиды в своих странах, сочетая контртеррористические операции и укрепление связей с лидерами местных общин, разрабатывая государственные программы дерадикализации, обеспечивая религиозное образование в тюрьмах, используя бывших боевиков-террористов, прошедших курс реабилитации, в качестве официальных представителей государства. В некоторых случаях они также устраняли причины недовольства политикой властей на местах.

Некоторые эксперты призвали Вашингтон применить ту же стратегию к ИГИЛ, попытавшись посеять раздор между светскими офицерами бывшей иракской армии времен Саддама, суннитскими племенными вождями и бойцами суннитского сопротивления, с одной стороны, — и закоренелыми джихадистами, с другой. Однако сегодня слишком поздно прибегать к подобной тактике. Во главе Исламского государства стоят хорошо обученные, дееспособные бывшие иракские военачальники, знакомые с американскими приемами ведения боевых действий, поскольку Вашингтон в свое время занимался их обучением. После обращения в бегство иракских воинских подразделений и захвата боевой техники, завезенной из США, ИГИЛ получило в свое распоряжения американские танки, артиллерию, БМП и противоминные вездеходы.

Вероятно, суровый религиозный фанатизм Исламского государства, в конце концов, оттолкнет его светских союзников, бывших членов партии Баас. Но пока офицеры времен Саддама более чем охотно воюют на стороне группировки и успешно руководят ее военными операциями. Их руками ИГИЛ создало изощренную армию, которая вооружена американским оружием, и опирается на легкую, маневренную пехоту.

Конечно, помимо контртеррористической деятельности и нейтрализации повстанческих выступлений, существует еще и третий возможный подход: полномасштабная война против группировки с применением обычных вооружений. Цель — полное уничтожение Исламского государства. Это было бы большой глупостью. После более десяти с лет непрерывных войн американская общественность просто не поддержит долгосрочную оккупацию и интенсивные боевые действия, которые потребуются для уничтожения ИГИЛ. Полноценная военная кампания истощила бы ресурсы Соединенных Штатов и вряд ли бы позволила достигнуть поставленной цели. Нельзя победить в войнах, которые идут вразрез с политической реальностью.

Сдерживание угрозы

Отрезвляющий факт заключается в том, что у США нет военных вариантов борьбы с ИГИЛ. Ни антитеррористические операции, ни стратегия противодействия повстанческим выступлениям, ни полномасштабные военные действия не позволят одержать решительную победу над этой группировкой. По крайней мере, еще какое-то время наиболее действенной политикой, которая отвечает целям и средствам Соединенных Штатов и имеет самые высокие шансы защитить их интересы, останется «наступательное сдерживание» — сочетание ограниченной военной кампании с серьезными дипломатическими и экономическими усилиями для ослабления ИГИЛ и согласования интересов многих стран, которым угрожает наступление этой группировки.

Исламское государство — это головная боль не только Америки. В военных действиях на территории Ирака и Сирии, помимо региональных игроков участвуют и крупные мировые державы, такие как Россия, Турция, Иран, Саудовская Аравия и другие страны Персидского залива. Вашингтон должен перестать вести себя так, как будто он может решить все проблемы региона военной силой. Вместо этого ему стоило бы лучше сфокусироваться на возрождении своей роли дипломатической сверхдержавы.

Конечно, военная сила США была бы важной составляющей политики наступательного сдерживания. Удары с воздуха способны подавить наступательный порыв ИГИЛ, и если перекрыть каналы поставок технологий, вооружений и боеприпасов, блокировав маршруты движения контрабанды, это еще больше ослабит Исламское государство. Тем временем Соединенным Штатам стоит продолжать консультировать и поддерживать иракскую армию, помогать региональным силам, таким как курдская «Пешмерга».  Не следует также забывать о предоставлении гуманитарной помощи гражданскому населению, которое убегает с территорий, оккупированных ИГИЛ. Вашингтону также нужно расширять помощь другим странам региона, таким как Иордания и Ливан, которые пытаются как-то справиться с массовым потоком беженцев из Сирии. Но отправка американских солдат для участия в боевых действиях контрпродуктивна, поскольку это означает втягивание в войну, которую невозможно выиграть и которая будет тянуться десятилетиями. США не могут восстанавливать иракскую государственность или предопределять исход гражданской войны в Сирии. Хотя кого-то это разочарует, когда речь идет о военных действиях, Вашингтону требуется реалистичный курс, который исходил бы из ограниченных возможностей вооруженных сил Соединенных Штатов — в качестве долгосрочного решения.

Весьма полезным был созванный недавно администрацией Обамы «саммит по противодействию насилию и экстремизму», на который в Вашингтон съехались мировые лидеры, чтобы обсудить способы борьбы против радикального джихадизма. И, хотя угроза, исходящая от региональных филиалов Аль-Каиды, была освещена должным образом, ИГИЛ снова охарактеризовали как вызов для антитеррористической деятельности. На самом деле Исламское государство — более серьезный риск: оно бросает вызов мировому порядку и, в отличие от значительно ослабленного центрального ядра Аль-Каиды, Исламское государство гораздо ближе подошло к достижению этой цели. США не могут в одиночку защищать регион и весь мир от агрессивного ревизионистского теократического государства, и им не следует этого делать. Крупным державам нужен общий дипломатический, экономический и военный подход, чтобы жестко и решительно сдерживать новое псевдогосударство. Хорошая новость состоит в том, что ни одно правительство не поддерживает ИГИЛ; эта организация умудрилась настроить против себя все страны региона и весь мир. Чтобы воспользоваться данным обстоятельством, Вашингтону стоит предпринимать более агрессивные дипломатические усилия на высшем уровне, взаимодействуя с крупными державами и региональными игроками, включая Иран, Саудовскую Аравию, Францию, Германию, Великобританию, Россию и даже Китай, а также соседей Ирака и Сирии, чтобы вместе дать отпор Исламскому государству.

Этот отпор должен выйти за рамки взаимных обязательств, чтобы препятствовать радикализации и новому набору предполагаемых джихадистов, и не ограничиваться созданной США региональной военной коалицией. Крупным державам и региональным игрокам необходима договоренность об ужесточении уже введенного международного эмбарго на поставки оружия ИГИЛ, введении более жестких санкций, совместном патрулировании границ, увеличенной гуманитарной помощи перемещенным лицам и беженцам, а также укреплении миротворческого контингента ООН в странах, граничащих с Ираком и Сирией. Хотя некоторые из этих инструментов дублируют контртеррористические действия, их нужно применить в борьбе с неприятелем, больше напоминающим организованное государство. У Исламского государства нет ядерного оружия, но эта организация, подобно Северной Корее, несет угрозу стабильности в мире, и к ней нужно относиться не менее серьезно.

Принимая во внимание то, что политические игры вокруг внешней политики США будут только усугубляться по мере приближения президентских выборов, которые должны пройти в 2016 году, Белый дом, вероятно, столкнется с многочисленной критикой политики сдерживания, которая не устраивает ни ястребов, настаивающих на силовом решении, ни голубей, выступающих против всяких интервенций. Обе эти группы присутствуют в системе национальной безопасности. Перед лицом такой критики Соединенные Штаты должны быть готовы привести  в соответствие свои средства и цели для ведения длительной борьбы с ИГИЛ. Необходимо совершенствовать методы сдерживания этой организации, оставляя в прошлом неактуальные и устаревшие формы антитеррористической деятельности и борьбы с повстанческими выступлениями. Нужно также сопротивляться искушению перейти черту и начать полномасштабную войну. Со временем успешное сдерживание ИГИЛ может открыть двери для более результативной политики. Но в обозримом будущем для Соединенных Штатов нет лучшей альтернативы, чем политика наступательного сдерживания. 

ИГ является террористической организацией, её деятельность запрещена на территории РФ.


Источник: foreignaffairs.com





close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!