Присоединяйтесь к нашим группам

Царь против султана

Царь против султана
Путин и Эрдоган считают себя наследниками великих империй, однако истребители и резкие заявления являются лишь предсмертными конвульсиями этих держав.
26 11 2015
13:12

Юлия Иоффе.

Прежде чем Крым стал российским, украинским или даже советским, он был турецким. Точнее, османским. Россия уже однажды аннексировала Крым в далеком 1783 году. Это случилось после завершения шестилетней войны с турками, в которой русские полностью уничтожили османский флот. Конфликт завершился подписанием в 1774 году Кючук-Кайнарджийского мирного договора, который многие историки считают первым разделом Османской империи, началом долгого и медленного ее угасания. После того как Россия захватила Крым, Османская империя впервые оставила мусульман под властью христиан. Крымские татары, которые наибольше сопротивлялись повторному приходу России на полуостров, являются потомками османцев. Эта война и мирное соглашение, как через 200 лет написал Льюис Бернард, стали «поворотным моментом в отношениях между Европой и Средним Востоком».

Однако, очевидно, это было не последним столкновением русских с турками. На протяжении двух следующих столетий они продолжали воевать, и Российская империя с каждым разом продвигалась все ближе к центру Османской империи: Балканы, Кавказ, Черное море и Дарданеллы. В 1854 года один офицер российской армии написал о своих сражениях с турками, французами и британцами в Крыму. Эта работа, которая получила название «Севастопольские рассказы», стала второй опубликованной книгой Льва Толстого.

То, что случилось 24 ноября 2015 года, когда российские и турецкие ВВС столкнулись в небе на границе с Сирией, не является чем-то новым в отношениях этих двух бывших империй.

Именно бывших империй. И Турция, и Россия в глубине души все еще считают себя огромными многоэтничными империями, и тоскуют по тем временам, когда могли безнаказанно захватывать новые территории. Обе эти страны сегодня значительно уменьшились и ослабли, но все еще пытаются сохранять былые сферы влияния — как и подобает империям. Они невольно отстаивают свои старые позиции и сразу же занимают бойцовскую стойку, так, как будто у них есть мышечная память.  «Когда вы путешествуете по Турции, вы верите хотя бы одному турку?», — написал известный прокремлевский блоггер Максим Кононенко. «Сегодня это можно сказать обо всех, кто говорит от имени Турции. Они все  турки, и им нельзя верить».

Некоторые россияне описывают недавний инцидент со сбитым самолетом в несколько другом историческом контексте: это был первый настоящий военный конфликт между Россией и НАТО, отметили журналисты либерального сайта Slon.ru. Российские официальные лица помещают этот инцидент в рамки конфликту между Россией и  вспыльчивыми, воинственными турками. В среду все вечерние новости, которые были посвящены исключительно этому инциденту, перевернули верх дном тот факт, что Вашингтон, Европа и даже НАТО весь вторник ругали Турцию и критиковали идею того, что один самолет и одно нарушение воздушного пространства может привести к более широкому конфликту.

Как бы то ни было, НАТО и европейские страны в этой интерпретации событий играют роль хороших парней — очевидно, впервые в российской истории. Почему? Потому что Турция, плохой парень в этой истории, пытается разрушить широкую и историческую коалицию против мирового терроризма, на которую Россия возлагает такие большие надежды. Как отмечалось в выпусках вечерних новостей, деэскалация, которая стала возможной благодаря западным странам, «необходима для того, чтобы этот конфликт не навредил борьбе против терроризма в целом и против Исламского государства, в частности». Россия считает, что делает работу, необходимую для защиты цивилизованного мира от угрозы терроризма, работу, которая выгодна Франции, Великобритании, Соединенным Штатам и, конечно же,  самой России.  Следует отметить предположение, что это может быть невыгодно Турции, или, точнее ее правительству, которое довольно благосклонно относится к исламистам. 

Это очень похоже на то, как Россия описывает свою роль во Второй мировой войне: Россия победила фашизм и освободила неблагодарный Запад, который ни на что не способен без помощи Москвы.

Именно поэтому, за пропагандой и циничными геополитическими маневрами, Москва воспринимает критику Запада касательно ее роли в Сирии, как обиду. Для России, такие претензии являются старыми как время. Столетиями все пытались заблокировать российские имперские амбиции на каждом шагу и даже без весомой на то причины. Эти постоянные вмешательства Запада значительно замедлили российскую имперскую экспансию.

В то же время, Россия всегда воспринимала Турцию, как буферную территорию против европейской экспансии. «Если мы позволили турецкому правительству продолжить движение в направлении Европы,  то только потому, что это правительство, под влиянием нашего превосходства, намного больше нас устраивает, чем те, которые могли бы возникнуть на его руинах», — написал в 1830 году министр иностранных дел Российской империи Карл Нессельроде. Звучит знакомо? Инстинкт поддержания стабильности в нелояльных соседних странах, даже если они находятся где-то на периферии, глубоко заложен в российской государственной психологии.  Эти государства существуют в той или иной форме, и исполняют роль зеркал, в которых Россия может увидеть себя гордой империей.

Я вспомнила всю эту историю потому, что инцидент с российским самолетом в турецком воздушном пространстве — а, согласно моим источникам в американском правительстве, это произошло именно в турецком воздушном пространстве — случился не из-за самолета, воздушного пространства, Исламского государства или даже НАТО. Это случилось потому, что две империи, Российская и Османская, все еще продолжают распадаться и сегодня, через десятилетия после того, как они формально прекратили свое существование. Посмотрите на Украину и Молдову, посмотрите на Сирию и Ирак. Это все предсмертная агония империй, их конвульсии, которые остальной мир изо всех сил пытается сдержать.

Этот конфликт касается двух мужчин, Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана, которые считают себя наследниками великих, но давно исчезнувших империй. Они оживили эти империи в своих головах и постоянно видят перед глазами тени великого прошлого. Неудивительно, что так быстро увеличилось количество игроков и потенциал для возникновения конфликтов в Сирии. Неудивительно также то, что первое столкновения произошло между двумя лидерами, которые все еще бредят величием давно исчезнувших империй.

Юлия Иоффе — журналист издания New York Times Magazine, старший редактор журнала New Republic. В период с 2009 по 2012 года также работала московским корреспондентом изданий Foreign Policy и New Yorker. 

ИГ является террористической организацией, её деятельность запрещена на территории РФ.


Источник: foreignpolicy.com





Contra Magazin
Десятки тысяч сообщений на электронной почте доказывают сотрудничество зятя Эрдогана с боевиками "Исламского государства". Сотрудничество, прежде всего, ориентировалось на импорт нефти из территорий, находящихся под контролем ИГИЛ.
12:19 | 07.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!