Присоединяйтесь к нашим группам

Россия предсказывает дефицит нефти через четыре года

Россия предсказывает дефицит нефти через четыре года
Россия страдает от чрезвычайно низких цен на нефть. Министр энергетики Александр Новак предупреждает о драматических последствиях для всего мира. После переизбытка может обнаружиться резкий дефицит.
20 02 2016
08:38

DieWelt: Вы договорись с саудовским министром нефти в Дохе об ограничении добычи нефти. Поначалу рынок был разочарован результатами переговоров, цены на нефть снизились. Какие результаты в целом принесло это соглашение?

Александр Новак: Я думаю, что наша встреча с коллегами из Саудовской Аравии, Катара и Венесуэлы была очень продуктивной. Главным результатом стало предварительное соглашение о том, чтобы оставить уровень добычи нефти в 2016 году на уровне января 2016 года. Окончательное решение будет принято, если большинство других производителей нефти присоединится к этой инициативе. По нашему мнению, такой подход обеспечит плавное снижение избыточного предложения и стабилизирует цены на таком уровне, который обеспечит отрасли долгосрочную стабильность.

DieWelt: Это возможно при условии, что другие согласятся. Но справедливы также и выводы аналитиков: чтобы стабилизировать цены, потребуется не только заморозить, но и сократить добычу.

Новак: Подобные предложения периодически возникают. Но нам кажется, что это очень быстро приведет к искусственному росту цен. Рост цен в свою очередь приведет к притоку спекулятивных капиталов в капиталоемкие проекты, такие, как, например, производство сланцевой нефти, что снова приведет к росту предложения и падению цен. Решающее значение теперь будет иметь то, при какой цене на нефть добыча сланцевой нефти станет нерентабельной. Если цена на нефть выше, то у нас снова будет тот же быстрый эффект снижения цены. Именно поэтому нам необходимы консультации, чтобы понять, кто и как оценивает нынешнюю ситуацию.

DieWelt: Но предыдущий обвал цен за последние 18 месяцев оказывает сильное воздействие на производителей, повышая стоимость производства.

Новак: Да, хотя и медленнее, чем первоначально предполагалось. И в этом отличие от предыдущих циклов, когда страны-экспортеры нефти могли самостоятельно регулировать изменение объема рынка. С 2009 года и с момента использования технологий по добыче сланцевого газа ситуация изменилась.

DieWelt: Согласны ли Вы с мнением Международного энергетического агентства, которое заявило, что, вопреки ожиданиям, 2016 год не приведет к стабилизации цен на нефть?

Новак: В целом, согласен. Потому что, когда в середине 2014 года цена начала снижаться, многие считали, что добыча быстро замедлится. А это было не так. Мы видим, что высокая цена, выше 100 долларов за баррель, действительно была слишком большой и что нефтяные компании справились с падением цен и сейчас даже продолжают добычу. Спрос и предложение росли пропорционально, и разрыв между ними был невелик. Поэтому сейчас изменились и все прогнозы, которые касаются окончания этого цикла. Ограниченный доступ к финансовым ресурсам и задержка в реализации некоторых проектов будут способствовать тому, чтобы привести рынок в равновесие и уменьшить добычу вне ОПЕК, особенно в Северной Америке. Там, в США, число буровых вышек снизилосьуже на две трети.

DieWelt: Не только в США. Все ведущие международные нефтяные концерны в прошлом году урезали свои инвестиционные программы на 10 – 35 процентов. Какие сокращения ожидаются в 2016 году?

Новак: С учетом конъюнктуры цен в 2016 году мы ожидаем дальнейшее сокращение на 15-40 процентов. Следовательно, инвестиции в 30 крупнейших компаний в 2016 году могут снизиться на 200 миллиардов долларов по сравнению с планами в докризисный период. Одновременно мы наблюдаем удорожание кредитов для производителей нефти в США, что затрудняет доступ к финансам.

DieWelt: Каковы обозримые последствия сокращения инвестиций?

Новак: В ближайшее время не стоит ожидать существенного влияния на мировую добычу нефти. В средней и долгосрочной перспективе это очень возможно, потому что будут отложены или "заморожены" важные проекты по добыче, которые должны были бы гарантировать стабильность и безопасность при обеспечении мирового спроса. Так что вполне можно сказать, что стабильные поставки нефти после 2020 года находятся под угрозой. В связи с этим Россия ставит перед собой задачу остаться надежным и стабильным поставщиком нефти во всем мире и на длительное время.

DieWelt: А могла бы Россия в интересах стабилизации цен решиться на сокращение добычи нефти?

Новак: Мы не делали таких подсчетов. Для России это сложный вопрос, учитывая технологии, состояние проектов и климатические условия. Представьте себе: в России более 170 000 добывающих скважин. Уменьшить их число очень трудно. На Ближнем Востоке в эксплуатации находится гораздо меньшее количество скважин, Саудовская Аравия добывает те же объемы, что и мы, из 3500 скважин. А кроме того, наши нефтяные концерны являются независимыми акционерными компаниями, которые самостоятельно принимают решение о планах производства.

DieWelt: Глава второго по величине российского нефтяного концерна "ЛУКОЙЛ" Вагит Алекперов недавно заявил, что российский нефтяной сектор сильно опасается того, что государство изменит уровень налогообложения сектора.

Новак: Я разделяю мнение глав нефтяных компаний, что должна существовать стабильная налоговая система. И без того упали цены на нефть, а вместе с ним рубль, к тому же появляются финансованые проблемы: если еще изменится и налогообложение, то любые подсчеты можно выбросить в мусорное ведро, а планы нефтяных компаний ограничить одним годом. За последние несколько лет мы уже провели важные изменения в налогообложении, которые должны стимулировать добычу нефти из новых месторождений в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Эффект уже есть: в 2015 году мы добыли там 60 миллионов тонн.

Die Welt: А на территории Арктики?

Новак: Наше производство там продвигается медленно, поскольку оно очень дорого. Поэтому будут увеличены инвестиции в добычу в Охотском и Каспийском морях, потому что там она является привлекательной с точки зрения налогообложения. В долгосрочной перспективе мы должны будем изменить налоговую систему независимо от динамики цен на нефть. Совместно с Министерством финансов в течение года мы подготовим соответствующие предложения.

DieWelt: Как известно, Россия борется за то, чтобы снизить добычу из имеющихся месторождений. И если еще происходит сокращение инвестиций, возможно ли в таком случае и после 2017 года остаться на сегодняшнем уровне добычи?

Новак: Многое будет зависеть от цен на нефть и курса рубля. Все наши компании подтверждают готовность при бурении поддерживать добычу из имеющихся месторождений. Но при такой цене на нефть инвестиции в новые проекты вряд ли возможны. Инвестиции сокращаются, конечно, не на 100%, но на 20-30 процентов.

DieWelt: Западные санкции дополнительно оказывают влияние на цену нефтедобывающего оборудования для нестандартных и дорогостоящих месторождений. Насколько сейчас заметен эффект?

Новак: Влияние на общий объем нефтедобычи очень низкое. За последние два года из таких сложных месторождений мы закачали по 18 миллионов тонн – это три процента от общего объема добычи. Повышение этой доли – это вопрос будущего.

DieWelt: Но без западных технологий этот процесс под угрозой.

Новак: Ну, есть и обратный эффект. Поскольку наши компании не могут сотрудничать в этой области с западными, то они самостоятельно начали работу. И для этого они начали производить необходимые технологии в России.

DieWelt: Если быть честными, с этим не справиться за несколько лет.

Новак: По крайней мере, мы достигаем своих целей. За три года мы достаточно модернизировали существующие технологии. Специалисты, которые являются научной и практической основой для этого, имеются. Многие концерны работают над этим.

DieWelt: А теперь о газовой сфере: Еврокомиссия хочет получить доступ ко всем договорам по поставкам газа. Что это значит, с Вашей точки зрения?

Новак: Мне трудно прокомментировать это. Мы исходим из того, что коммерческие контракты являются делом двух компаний.

Die Welt: Вас беспокоит поведение ЕС?

Новак: Некоторые представители ЕС хотят, что договоры поставок координировались Еврокомиссией. Но многие страны с этим не согласны. Многое будет зависеть от них.

DieWelt: Трения между ЕС и Газпромом имеют давнюю традицию. Газпром высказывался о Евросоюзе агрессивно и неуважительно. Теперь тон более сдержанный. Как бы вы описали сегодняшние отношения?

Новак: Мы исходим из того, что Россия является надежным поставщиком, и отношения для обеих сторон являются выгодными. Именно поэтому и была создана соответствующая инфраструктура. А теперь предстоит ее пересторойка – при полном понимании того, что собственная добыча Европы падает, а спрос растет.

DieWelt: Но трения возникли не только из-за этого. Является ли политика Европы конструктивной?

Новак: Политика берет верх над экономическими моментами при поставке газа и нефти. По политическим мотивам был заблокирован газопровод «Южный поток». Также по политическим мотивам пытаются воспрепятствовать расширению газопровода "Северный поток". Однако всем ясно, что первые две нити «Северного потока» полностью соответствовали законодательству ЕС. А две новые нити сейчас оценивают по-другому.  Мы также видим, что в энергетической стратегии Евросоюза Россия вообще не упоминается. Как это возможно, если именно Россия является крупнейшим поставщиком энергоносителей? Мы надеемся, что прагматическая сторона вопроса возьмет верх. Мы должны строить отношения на основе учета взаимных интересов, гарантий и долгосрочной перспективы.

DieWelt: Я полагаю, Вы считаете Германию сторонником остановки проекта «Северного потока».

Новак: Мы считаем, что этот проект в первую очередь экономический. Крупнейшие энергетические концерны Европы заинтересованы в нем. Потому что это долгосрочный проект. И как таковой, он может конкурировать с другими поставщиками газа и сжиженного газа, на которых сейчас делаются ставки.

DieWelt: То есть, «Северный поток» или дальнейший транзит газа через Украину?

Новак: Мы не исключаем, что часть поставок будет осуществляться через Украину. Но вопрос в другом, а именно: насколько экономически целесообразным является продолжение поставки исключительно через существующую трубопроводную систему. Альтернативные трубопроводы создают конкуренцию и снижают стоимость транспортировки, в том числе и для европейских клиентов. Если страна имеет транзитную монополию, это влияет на цену транспортировки и создает риски. Украина уже объявила многократное увеличение цены транзита.

DieWelt: То есть, мы стоим на перепутье?

Новак: В любом случае, будут использоваться и существующие, и новые маршруты. Мы исходим из того, что на маршрутах поставки газа необходимо создать конкуренцию. Даже если Европа говорит о диверсификации поставок, а также поддерживает другие – не российские – трубопроводы, такие, как TAP или TANAP. Но когда говорят, что один маршрут выгоден и другой строить нельзя, то это чисто политический подход.


Источник: welt.de





Contra Magazin
Китайский юань с октября этого года является частью валютных резервов МВФ. Даже, несмотря на это, валюта Китая уже давно начала играть все более важную роль в мире и уже имеет достаточный потенциал, чтобы заменить доллар в качестве основной мировой валюты.
13:40 | 06.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!