Присоединяйтесь к нашим группам

Уход России из Сирии: С победой домой?

Уход России из Сирии: С победой домой?
Вмешательство Москвы принесло ей политическую (хотя и не военную) победу.
22 03 2016
16:14

Ари Хайштайн, специальный помощник директора Института исследований по вопросам национальной безопасности в Израиле

Тот факт, что российские воздушные бомбардировки в Сирии продолжаются, свидетельствует о том, что военные цели Москвы еще до конца не достигнуты. Хотя уже вполне очевидно, что вмешательство России помогло переломить ход ситуации в пользу режима Асада, не следует переоценивать значение недавних скромных успехов правительственных сил. На фоне незначительных территориальных возвратов территорий, которые правительственной армии удалось отбить у повстанцев, российская военная кампания, напротив, выглядит вполне успешной, достигнув значительных успехов в деле подрыва внешнеполитического престижа  США на международной арене.

Эксперты предсказывали падение Асада каждый год, начиная с момента восстания против него в 2011 году, однако в 2015 году ситуация стала быстро меняться. В первые восемь месяцев прошлого года режим Асада потерял 18% территории страны. Перед угрозой полного разгрома проправительственных сил в сентябре 2015 года Россия приняла решение о прямом военном вмешательстве с применением сил военной авиации. Цель была совершенно очевидной: перехватить военную инициативу и удержать режим Асада от краха. К ноябрю 2015 года проасадовская коалиция России, Ирана, Сирии и «Хезболла» сумела откинуть силы оппозиции и даже отвоевала небольшой участок территории.

Несмотря на сотни вылетов ВКС России, проасадовским силам в Сирии мало что удалось, кроме стабилизации положения режима. С начала военной интервенции России в Сирии и до 11 января 2016 года, по данным IHS Jane's 360, территория, перешедшая под контроль правительства, составляет всего 1.3%. Также стоит отметить тот факт, что, несмотря на утверждение Путина о том, что российские силы отправлены в Сирию для борьбы с Исламским государством, все территориальные приобретения были сделаны правительственными войсками за счет районов, подконтрольных силам оппозиции, не имеющей никакого отношения к ИГИЛ, в то время как основные территориальные потери сирийское правительство понесло именно по причине захвата территорий в стране силами Исламского государства.

Конечно, не все территории равнозначны по своему значению: захват территории вокруг важного города Алеппо является более стратегически значимым, а сопротивление было бы гораздо более отчаянным, чем возвращение под свой контроль районов сирийской пустыни на востоке страны. Следует признать, что все победы, которые армия Асада одержала после начала военной интервенции России, были добыты в боях за территории вокруг Алеппо.  Тем не менее, достаточно только взглянуть на карту от июля 2015 года и сравнить ее с картой через 6 месяцев после военного вмешательства России, чтобы убедиться в том, что положение с территориальными приобретениями сирийского правительства не такое уж и блестящее – по сути, ему лишь удалось удержаться у власти, но не более того.

Вне арены военных действий победы Путина представляются более убедительными.

Во-первых, интервенция Путина на стороне Асада еще больше поставила под сомнение престиж Соединенных Штатов в качестве надежного союзника. Автократические режимы в регионе наблюдали за тем, как президент Обама потребовал от президента Египта Мубарака отойти в сторону в 2011 году, а затем ничего не сделал, когда его преемник Мохамед Морси был свергнут. В свете произошедшего трудно поверить в то, что президент Египта Сиси или король Саудовской Аравии Салман (несмотря на тот факт, что они являются одними из ближайших союзников США на Ближнем Востоке) питают какие-либо иллюзии в отношении американской поддержки во времена кризисов. Тем временем, Россия всячески демонстрировала свою лояльность своему единственному союзнику на Ближнем Востоке, оказывая поддержку режиму Асада на протяжении всей гражданской войны в Сирии и введя воинский контингент для защиты его интересов. Это не может не укреплять позицию Москвы как возможного будущего партнера  в глазах автократических ближневосточных режимов. Следует попутно отметить, что в арабском мире ни в одной стране, за исключением Туниса, нет демократического строя правления.

Во-вторых, Россия воспользовалась трениями между участниками антиИГИЛовской коалиции, возглавляемой США, и настроила их друг против друга. Например, в случае с Турцией и сирийскими курдами (YPG), россияне продемонстрировали поддержку YPG, позволив ей захватить большие участки территорий вдоль сирийско-турецкой границы. Это вызвало крайнее неудовольствие Турции, так как силы YPG, укрепившиеся на ее границе, примыкают к курдской сепаратистской группировке PKK, которую Анкара считает террористической организацией. В ответ союзница США Турция вступила в противостояние с союзниками США сирийскими курдами. Подобный сценарий был реализован  и в другом случае, когда Москва поддержала курдов YPG в их столкновениях с повстанцами-суннитами, поддерживаемыми ЦРУ. Под градом российских бомб союзники США ополчились друг против друга, что вполне соответствует одному из заголовков в прессе: «Америка в Сирии ведет войну сама с собой».

В-третьих, российское участие в сирийской гражданской войне опровергло западное убеждение в том, что внешняя политика должна руководствоваться (хотя бы отчасти) моральными принципами. Путин неоднократно критиковал США за тот хаос, который возник по их вине в Ираке и в Ливии после неудачных попыток замены диктаторских режимов на демократии, и он сумел наглядно доказать преимущества неприкрытого оппортунизма и поддержки автократического режима. Наверняка, низкие затраты и аккуратность военной кампании Путина не могли не вызвать ярости в Вашингтоне, потратившем  триллионы долларов на войны в регионе и на строительство демократий, при этом практически ничего не достигнув. В то же время западная пресса не скрывает своего восхищения новой и уверенной политикой России в регионе, и Путину не пришлось заплатить никакой политической цены за безжалостно разбомбленные больницы в ходе военно-воздушной кампании в поддержку автократического сирийского режима.

Хотя проправительственные силы сумели отбить незначительные участки сирийской территории в ходе российской военной интервенции, политические маневры Путина сделали гораздо больше, подорвав внешнеполитический авторитет США. Однако, если долгосрочное перемирие не будет установлено между воюющими сторонами, одиозный сирийский режим опять окажется в опасности, и России придется решать, махнуть ли ей рукой на Асада или же вновь включаться в военное противостояние и биться за Асада до конца. Решение Путина о начале военно-воздушной кампании показало, что он усвоил один урок из политических ошибок Америки, допущенных ей на Ближнем Востоке за последние 15 лет, но является ли «выполненная задача» частью этого урока – покажет время.

Упомянутые в статье экстремистские организации являются террористическими, их деятельность запрещена на территории РФ.


Источник: nationalinterest.org





Contra Magazin
Китайский юань с октября этого года является частью валютных резервов МВФ. Даже, несмотря на это, валюта Китая уже давно начала играть все более важную роль в мире и уже имеет достаточный потенциал, чтобы заменить доллар в качестве основной мировой валюты.
13:40 | 06.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!