Присоединяйтесь к нашим группам

Отказ от евро и выход из Европейского союза как способ спастись от дефолта

Отказ от евро и выход из Европейского союза как способ спастись от дефолта
Процесс погашения государственного долга за счет новых кредитов, к которому прибегает правительство с момента принятия закона о банковской деятельности от 3 января 1973 года, более чем когда-либо угрожает Франции волатильностью финансовых рынков и дефолтом.
24 03 2016
17:24

Государственный долг французского государства в настоящее время составляет 6000 миллиардов евро, что эквивалентно более двадцати годам налоговых поступлений и почти 300% от ВВП. В конечном итоге  государство может не выполнить свои более конфиденциальные обязательства: внебалансовые и затраты на выплату пенсий государственным служащим и т. д. Выход из состава Европейского союза может стать единственным выходом из подобной системы, которая находится на грани взрыва.

Выплата долга составляет 150 миллиардов в год

Государственный долг страны в соответствии с Маастрихтским соглашением вот уже в течение сорока лет регулярно пополняется новыми кредитами, которые служат для погашения не только старых долгов и процентов, но и для покрытия новых дефицитов. Теперь он достигает 2 037,8 миллиардов евро, что эквивалентно 95,4% валового внутреннего продукта (ВВП) в размере $ 2 134 миллиардов в 2014 г. Выплата процентов по задолженности (долговой нагрузке) достигла 45 или 50 миллиардов за последние годы, что является первостепенным или второстепенным пунктом государственных расходов.

Но как только добавляется средний годовой доход капитала в размере $ 100 миллиардов, аннуитеты (обслуживание долга) достигают 150 миллиардов евро, что эквивалентно более половине налоговых ресурсов Франции - 278,9 миллиардов в 2014 году или ежегодной дотации на образование, оборону, здравоохранение, службу занятости, судебную систему и т.д.  Либо же трем четвертям бюджетных средств, выделяемых на министерства.

Для обеспечения погашения обязательств по обслуживанию долга в 150 миллиардов и годового дефицита в размере около 85 миллиардов Французское Казначейство, которое управляет государственным  долгом, каждый год выдает новые кредиты.  Особенно в  виде обязательств с установленным сроком исполнения (ОАТ). Годовая сумма кредитов колебалась в течение последних восьми лет от 190 до 285 миллиардов, что в среднем составляет 230 миллиардов евро каждый год.

4 000 миллиарда внебалансовых обязательств

Внебалансовые обязательства государства, которые, хоть и относятся в основном к суммам, подлежащим выплате в будущем, основной долг не уменьшают. Согласно данным Счетной палаты в Сенате, обязательства уже составили 3 090 миллиардов на конец 2012 года. Сумма в размере 1 679 миллиардов предназначалась на пенсии государственным служащим, личному составу вооруженных сил и работникам почты. Но целевое предназначение 1 412 миллиардов кажется еще более неясным. Почти 1 000 миллиардов предназначались для финансовых гарантий экономических субъектов, включая защиту рисков вкладчиков, которые составили около 400 миллиардов.

Учитывая количество средств, суммы которых были увеличены более чем втрое за десять лет, и принимая во внимание поколение бэби-бумеров, способность государства выплатить в полном объеме пенсии должностным лицам кажется сомнительной. Согласно ежедневной деловой газете Les Echos долг государства по внебалансовым обязательствам составляет 4 000 миллиардов евро. При упоминании долга на душу населения  экономист Жан-Ив Аршер задается вопросом о возможности повторения кипрского сценария. Государственный долг страны, вся дебиторская задолженность - сумма, превышающая  6 000 млрд евро - равна двадцати двум годам налоговых поступлений и почти 300% от ВВП.

Закон Помпиду-Жискара 1973 года

В конце 1970 года задолженность в рамках Маастрихтского соглашения составляла всего 20% от годового ВВП в 400 миллиардов евро. C 2007 по 2011 год она увеличилась на 670 миллиардов благодаря плану по спасению банковского сектора, выходу из трудного положения государства и действиям по оживлению экономики. Но с 1974 года бюджет государства не был сбалансирован ни разу. С каждым годом дефицит увеличивался. Прекращение финансирования центральным банком (Банком Франции) по нулевым ставкам государственного долга спровоцировало рост процентов. Действительно, закон от 3 января 1973 года называемый закон Помпиду-Жискара, был принят с целью ограничения денежной массы и инфляции. Он изменил работу Банка Франции и положил конец его прерогативе чеканить деньги. С тех пор французское государство обязано брать займы на рынках капитала вместо того, чтобы самофинансироваться по нулевой ставке от центрального банка.

Затем это обязательство приняло форму статьи 104 Маастрихтского соглашения в 1992 году, затем статьи 123 Лиссабонского соглашения и предписывало с тех самых пор странам участницам Европейского союза самофинансироваться в своих соответствующих центральных банках или в Центральном Европейском Банке (BCE). При этом Лиссабонское соглашение так и не было принято. Его текст был ратифицирован в 2008 году французским парламентом согласно пожеланию Европейской Комиссии, но против воли 55% французских граждан, которые выразили свое мнение на референдуме 2005 года.

Закон боролся с инфляцией с переменным успехом, но при этом отдал нашу страну во власть кредиторов и за несколько лет превратил разумный долг в непосильную ношу. Существуют опасения, что пока наша страна будет являться частью Европейского союза, она будет вынуждена брать кредиты в частных банках и не сможет самофинансироваться в Центральном Банке Франции или в Центральном Европейском Банке. Правда, последний временно выкупает, государственный долг с марта 2015 года. Но за счет приобретения на вторичном рынке уже выпущенных долговых обязательств, это не умаляет значения Лиссабонского соглашения. Кроме того, весьма маловероятно, что Европейская комиссия согласится отменить статью 123 Лиссабонского соглашения, даже если французское правительство обратится к ним с такой просьбой. Тем не менее, учитывая размер долга, мы должны признать, что на сегодняшний день резервов Банка Франции будет недостаточно для финансирования кредитов французского государства.

Как долго будет сохраняться низкая процентная ставка?

На сегодняшний день инвесторы благосклонны к французскому рынку государственного долга. У них переизбыток капитала и они предпочитают вложения с низкой процентной ставкой в тех странах, где, по их мнению, есть возможность поднять налоги в случае возникновения трудностей. Согласно данным Казначейства Франции, в конце 2013 года средняя ставка заимствований не превышала 1,54%. Вливание 60 миллиардов евро в месяц с марта 2015 года по сентября 2016 года, проводимое Центральным Европейским банком в рамках денежно-кредитного стимулирования, означает "Смягчение денежно-кредитной политики" или "QE". Это позволило снизить ставки по займам в Испании, Италии и Португалии. Тем не менее, французская ставка обязательств с установленным сроком исполнения на 10 лет уже составляла 0,6% до объявления ЦЕБ. Таким образом, снижение ставки и его влияние на наш долг могут оказаться меньше.

Тем не менее, несмотря на то, что ЦЕБ заявил о выкупе государственного долга стран с целью облегчить их бремя и борьбу с риском дефляции - генератора рецессии, беспокойство насчет  банкротства Франции и развала Европы также может спровоцировать кредитно-денежный план на 1 140 миллиард. Несмотря ни на что он не позволит нам увидеть значительно низкие процентные ставки, которые мы имеем на данный момент, подняться в глазах инвесторов и доказать нашу способность погасить долг. Франция уже переживала период, когда процентная ставка достигла пика на уровне 17% в 1983 году, 11% в 1990 году, более чем на 8% в 1995 году, почти на 6% в 2000 году и 4,15% в среднем в период между 2001 и 2007 гг.

Повышенный риск дефолта

Весь процесс погашения государственного долга за счет новых кредитов несет в себе разрушительную силу, мы должны быть очень внимательны. Величина нашего долга, которая подпитывается процентами и новыми заимствованиями для покрытие постоянных дефицитов, в конечном итоге может вызвать сомнения в нашей кредитоспособности. Вялый рост, непрерывное увеличение долга, сумма которого выросла на 112,5 миллиардов евро в 2014 году, на 84, 4 миллиарда в 2013 году и на 116,1 миллиард в 2012 году. Помимо всего этого существует риск увеличения темпов роста долга. Есть два опасных сценария, которые могут нарушить хрупкую схему финансирования.

Кредитные ставки поднялись до уровня, сопоставимого с тем, который мы уже наблюдали в 1980-1990 годах. Новые проценты удваиваются или даже утраиваются согласно структуре долга и ежегодным платежам. Недалеко то время, когда долг станет непосильным и мы не сможем его погашать. Либо инвесторы перестанут покупать новые долговые проблемы. Франция не в состоянии справиться ни с погашением старых кредитов, ни с большей частью текущих расходов. В обоих случаях эти проблемы связаны между собой и нам грозит распад и прекращение платежей. Через три недели, в период с 16 апреля по 7 мая, темпы эмиссии десятилетних французских облигаций ускорились более, чем в три раза с 0,3% до 1,1%. Предвестие кризиса?

Греция, чьи трудности начались с сомнений кредиторов в ее платежеспособности, в 2010 и 2013 годах получила от ЕС и МВФ 250 миллиардов евро кредитов. Но в масштабах Франции, учитывая, что наш долг, включая всю дебиторскую задолженность, в двадцать раз выше, при возникновении платежного дефицита сумма заимствований может превзойти все ожидания. Сдадутся ли  ЕС и МВФ, даже если это приведет к разрушению еврозоны и Европы в целом или предпримут необходимые действия для выделения колоссальных средств на помощь Франции?

При поддержке второй гипотезы МВФ предоставит сотни миллиардов. Может вмешаться Европейский механизм стабильности (MES), который в условиях кризиса предусматривает привлечение средств на сумму до 700 миллиардов евро. Европейский Центральный Банк перенаправит в нашу страну большую часть из 1 140 миллиардов, выделенных для денежного стимулирования. Прощение части долга кредиторами поставит Францию в тотальную зависимость от Тройки и финансовых рынков. Эта отчаянная спасательная операция позволит только выиграть время и отсрочить агонию. Этот тот случай, когда лекарство, безусловно, оказывается хуже болезни. В действительности, планы жесткой экономии только еще больше погрузят нашу страну в рецессию перед неизбежной неплатежеспособностью.

Все это может иметь очень серьезные последствия для нашей жизни: проблемные банки после массовых изъятий, заблокированные государством сберегательные счета, разоренные инвесторы, финансовый крах и жесткая экономия, массовые закрытия предприятий, миллионы увольнений в государственном и частном секторах, снижение зарплат, пенсий, прекращение выплат пособий по безработице и социальной помощи. Нищета и полное отсутствие безопасности. Франция будет дискредитирована на очень долгое время и будет испытывать серьезные трудности в финансировании своих  потребностей. Так может не стоит откладывать выход из еврозоны и ЕС?

Безболезненный выход из еврозоны и Европейского союза

Сумма долга в пересчете на франки может привести к дополнительным расходам, но потери от 5 до 10% может быть компенсированы. С одной стороны финансирование по нулевой ставке снизит проценты. Создание новой валюты и новой промышленной политики впервые за сорок лет может привести к уменьшению государственного долга. С другой стороны, Европа может и не выжить после выхода Франции из Евросоюза. Но Франция больше не будет страдать от таких явлений как инфляция и девальвация. Тем более, что стоимость евро значительно снизилась и в настоящее время почти в паритете с долларом.

Возрождение производства товаров народного потребления, к которому мы призываем вот уже несколько лет способно снизить объем импорта и, следовательно, импортируемой инфляции. Было бы возможно предусмотреть создание дефицита товарообмена, который за несколько лет достиг 60 миллиардов евро. Действительно, через несколько лет после отмены квот на импорт 7 декабря 2013 года на Бали Всемирная торговая организация (ВТО) отказалась от таможенных тарифов. Документ подписали 157 стран. Между основными участниками были определены промышленные и распределительные группы, что практически не повлияло на уровень заработной платы работников в соответствующих странах или на уровень наших потребительских цен.

Новые экономические перспективы освобожденной Франции могли бы скорее успокоить финансовые рынки, которые продолжали бы вкладывать средства в запас суверенного долга страны, у которой он отсутствует крайней мере, в течение двух столетий.  В этом случае перед переходом на евро кредитоспособность страны была бы намного выше.

Новый экономический импульс

Отмена импортных квот, введенных в ВТО, нерегулируемая Европейским союзом свободная торговля и поддержка делокализации производства, иногда оказываемая правительством, привели к исчезновению целых отраслей нашей промышленности. Таким образом, наша страна остановилась в развитии и целые регионы были обескровлены. Но освобождаясь от ограничений ЕС, экономика может получить новый толчок, импульс.

Невероятные человеческий потенциал, которым располагает Франция, может позволить реконструкцию современной производственной базы, способной воссоздать в течение нескольких лет сотни тысяч рабочих мест и в два-три раза больше косвенных и индуцированных рабочих мест. Вполне возможно снова начать во Франции производство большей части наших товаров широкого потребления. Конечно, перед лицом социального демпинга предприятия должны действовать сообща, объединить производственные и маркетинговые мощности, создать масштабную экономику для уравновешивания издержек при использовании более подходящих бизнес-моделей.

Ежегодная разница между вкладом Франции в европейскую экономику и полученными субсидиями приближается к 8,5 миллиардам евро. Например, аналогичная сумма, предназначенная для оживления производства, позволяет финансирование 100 000 рабочих мест со стоимостью автоматизированного и высокотехнологичного оборудования от 30 000 до 1 млн евро. Созданные таким образом новые заводы могли бы производить, помимо прочего, часть товаров широкого потребления, которые сегодня являются частью нашего торгового дефицита, а иногда и субсидироваться за счет общественных средств.

Пять сотен тысяч рабочих мест в промышленном секторе и от 1 до 1,5 млн косвенных и индуцированных рабочих мест, созданных в течение пяти лет, могут обеспечить ежегодное пополнение бюджета 30 или 40 миллиардами евро новых налоговых поступлений и взносов. Кроме того, государство сэкономит от 15 до 20 миллиардов пособий и соответствующих расходов. Шок от производственной занятости приведет нас к стабильному экономическому круговороту, которые позволит автоматически снизить государственные расходы. Действительно, такие темпы снижения уровня безработицы и увеличения числа плательщиков взносов приведут к уменьшению дефицита. Впоследствии, пропорциональное уменьшение количества социальных выплат по поддержке малого и среднего бизнеса может еще больше поспособствовать увеличению занятости и в конечном итоге сократить дефицит и сумму долга. Предприятия и само государство сможет больше инвестировать, безработица будет снижаться, а заработная плата будет расти, что приведёт к улучшению покупательной способности и повышению потребления более качественных и экологически чистых товаров, сделанных во Франции и т.д.

Итак, разворот к своим собственным потребностям и изоляции или завоевание экономики и восстановление влияния Франции? Процитируем великолепного и незабвенного Бернара Мариса: «экономика это просто. Нужно, чтобы люди, которые работают, съедали и потребляли то, что производят сами». Конечно же, реконструкция новой обрабатывающей промышленности, учитывая исчезновение целых отраслей и их наработок, будет невероятно трудным делом и может длиться в течение жизни одного поколения. Хоть это и поднимает вопрос актуальности принятых догм и беспокоит многих из нас, выход Франции из еврозоны и Европейского союза перед угрозой дефолта должен быть рассмотрен.

 


Источник: agoravox.fr





close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!