Присоединяйтесь к нашим группам

National Interest: Будущее американской разведки: подготовка к работе с Китаем

National Interest: Будущее американской разведки: подготовка к работе с Китаем
Соединенным Штатам необходимо пересмотреть подход к разведке, чтобы эффективно работать в XXI веке.
14 07 2015
10:04

Питер Маттис

 Бывший первый замдиректора ЦРУ Майкл Морелл в апрельском интервью Чарли Роузу высказал мнение, что американской разведке стоит сосредоточить свои усилия на проблемах, с которыми может справиться только Разведывательное сообщество США (РС), - и Китай не входит в их число. Морелл заявил: «Любой может составить свое мнение о том, кто сейчас у руля в Китайской коммунистической партии». Однако срыв китайских политических договоренностей, перефразируя недавнего комментатора, наглядно демонстрирует, как он ошибался в том, что любой человек может дать оценку Китаю, его политике и его будущему. Вполне вероятно, что только в рамках РС и при наличии проницательного аналитика, не зависимого от суммы вознаграждения, можно  приоткрыть вуаль секретности Китая. Правильное понимание Пекина и его намерений могло бы помешать тому, что в США сложились ошибочные представления о Китае. Учитывая это, стратегам разведслужбы необходимо пересмотреть важность поступающих сводок и отношение к экспертам по Китаю.

 Оценка положения дел в Китае остается одной из важнейших задач американских разведслужб. Даже притом, что многие потенциальные реформаторы разведки собираются отправить сводки на свалку истории, считая их бесполезными для будущего американской разведки. И хотя я критически отношусь к большинству статей о реформе разведки, статус-кво аналитиков РС и их карьерные перспективы - по крайней мере, тех, кто занимается Китаем, - не могут оставаться прежними.

 Соединенным Штатам необходимо, чтобы РС занялось Китаем из-за жестких ограничений, которые существуют в общественном анализе. На фоне огромного объема доступной публичной информации о Китае - иногда включая и периодику, которая якобы предназначена для внутреннего пользования, - не заметно, как много важной информации остается вне пределов досягаемости аналитиков, которые полагаются на открытые источники и личные контакты.

 Помимо недоступности информации Пекин также демонстрирует готовность наказывать тех обозревателей, которые переступают черту, освещая внутреннюю деятельности партии, или тех, кто слишком ощутимо критикует режим. Карающая рука не всегда напрямую изгоняет репортера. Но китайские власти часто ждут удобной возможности, чтобы нанести удар - например, если журналист меняет место работы и вынужден вновь проходить через формальности, связанные с получением визы. Нельзя же в самом деле ожидать, что большинство китайских аналитиков пожертвуют своей карьерой ради одного-двух громких заголовков и вознаграждения за статью. Специалист по современной китайской литературе Перри Линк очень точно описал ситуацию, с которой столкнулись китайские аналитики, в двух словах - «анаконда в канделябре». А один из обозревателей задал провокационный вопрос: «Неужели всех китайских ученых купили?»

 Никто не в состоянии провести точный и эффективный анализ ситуации в Китае.  Так что же может сделать РС, чтобы обновить традиционный подход к объединенному анализу традиционных целей или хотя бы тех, которые так же важны для будущего американской разведки, как и Китай? Нижеследующие рекомендации предлагают следовать двум основным линиям. Первая подразумевает переориентацию аналитиков от пассивного ожидания к активной и всесторонней добыче важной и полезной информации. Вторая заключается в подготовке региональных специалистов, а не специалистов по безопасности широкого профиля, которыми ныне славится РС.

 Один из первых шагов - это подтолкнуть аналитиков РС к тому, чтобы не просто пассивно получать информацию, но активно ее искать. В своих мемуарах «Великая война нашего времени» Морелл написал, что аналитики просто сидят и ждут, пока к ним придет информация, и что это несправедливо. Этот пассивный подход, поддерживаемый бывшим главным аналитиком ЦРУ, предполагает, что аналитики получают все необходимые материалы из собранной информации. Возможно, именно так и обстоят дела в сфере подпольного сбора информации - вроде отчетов секретных агентов. Но все же один опытный аналитик описал отношения между аналитиками и специалистами по сбору информации как «утраченные». Это происходит из-за того,  что полезность отчетов зависит от формы их подачи, а также из-за необходимости полагаться на дальновидность разведывательных отчетов и учитывать ограничения доступа. Здоровые отношения можно построить, если аналитик не прикован к столу, а работает «в полях», что подразумевает ротации или частичное перераспределение обязательств со специалистами по сбору информации - в рамках повышения квалификации.

 Мало кто сомневается в неадекватном подходе РС к сбору информации и использованию открытых источников - даже притом, что общественности могут запретить доступ к публикациям Центра открытых источников. Китайское правительство и военные распространяют огромные массивы открытых материалов. Как показывает недавно изданный документ по военной стратегии, Народно-освободительная армия Китая профессионально подготовлена и признает необходимость в обмене идеями за пределами своих рядов. Например, Национальная китайская база знаний (НКБЗ) может предоставить фантастическое количество полезных периодических изданий разных лет, даже в компьютерном доступе, - подобно многим лидирующим университетам. Однако некоторые статьи НКБЗ невозможно получить из-за рубежа, поэтому доступ РС к базе данных должен включать доступ внутри Китая. НКБЗ все же не может стать единственным источником информации. Для всестороннего использования базы данных необходимо время и, вероятно, лучше передать ее в распоряжение аналитиков- или, возможно, создать на ее основе структурированную исследовательскую программу.

 Каждый год в Китае печатаются десятки книг практически на любую тему, которая представляет интерес для разведки. Но лишь небольшая их часть попадает в поле зрения специалистов по сбору информации или переводится на английский язык. Одна из немногих разведслужб в мире, которая разработала системный подход к проблеме, - это разведка Тайваня. Впрочем, у нее нет необходимости в переводе. Тайванцы покупают книги, включая ограниченные и секретные издания, распределяют их внутри страны и продают на коммерческой основе. У аналитиков нет необходимости становиться полноценными сборщиками информации или участвовать в оперативной деятельности по сбору секретных книг в Китае. Смысл в том, что большое количество полезного материала можно получить, не привлекая аналитиков к оперативной работе и не заставляя их томиться в ожидании - при условии, что им развяжут руки.

 РС может даже поэкспериментировать с идеей вроде неофициального прикрытия аналитиков, которые работают за пределами Вашингтона в разных уголках мира. Небольшие группы младших аналитиков и аналитиков среднего уровня могли бы эффективно работать в команде, которая продает свои экспертные услуги и одновременно собирает полезные отчеты для головного офиса. Это залатает одну из дыр РС в текущем положении дел по сбору информации, поскольку в задачи оперативных сотрудников входит не экспертиза, а вербовка и ведение секретных источников информации. ЦРУ не раз подвергалось критике из-за своей провальной работы по вопросам Исламской революции в Иране. Однако оперативные сотрудники находились в стране не для того, чтобы разбираться, что к чему, и отчитываться о политической обстановке. Используя группы аналитиков для обычных исследовательских опросов, можно было бы закрыть дыру в сборе информации. Особенно учитывая проблемы с эффективностью, которые якобы возникли в Государственном департаменте США.

 Знание о том, к какой информации можно получить доступ и как это сделать, - важная часть работы эксперта в контексте разведки. Если аналитик требует у политического деятеля принять решение, основываясь на картине мира по данным разведки, у политика должна быть возможность задать вопрос: а будет ли аналитик знать, если что-то в мире изменится? И получить на него ответ.

 Многолетние жалобы на РС и, особенно на ЦРУ, состоят в том, что чиновники поощряют аналитиков широкого профиля, которые кидаются от кризиса к горячей точки и снова к кризису. Например, бывший аналитик ЦРУ Ричард Расселл открыто осуждал аналитиков, которые не являются экспертами в каком-то одном вопросе. Возможно, эта критика несправедлива. Ведь между специалистом широкого профиля и региональным специалистом действительно существует разница: один является экспертом в вопросах национальной безопасности США, а другой - экспертом по конкретной стране или региону. Реальное различие между этими двумя сотрудниками заключается в том, что специалист широкого профиля не может создавать новые знания. В то же время специалист в одной области может поддерживать работу многих специалистов широкого профиля, рассылая краткие сводки, выписывая основные тезисы или каким-либо другим способом влияя на принятие решений. Я бы внес поправку в комментарий Майкла Морелла: «Любой может кратко изложить, кто сейчас у руля, а кто нет в Китайской коммунистической партии. Но не каждый может объяснить, почему так происходит или что это значит».

 РС не может нанимать экспертов прямо со студенческой скамьи. Также аналитики не станут экспертами, просто читая ежедневные материалы, составленные из разведывательных отчетов, информации, полученной по дипломатическим каналам и на основании перехвата сигналов. Мир гораздо шире, чем та его часть, с которой соприкасается американское правительство. Он всегда был таким и всегда будет. Знание подоплеки и контекста, которые дают окраску и оценку оперативной, политически-ориентированной информации, поступающей по каналам разведки, невозможно получить за партой.

 В 1920-х, еще до того, как США установили дипломатические отношения с Россией Ленина и Сталина, Госдепартамент решил создать кадровый состав из специалистов по СССР. Молодые чиновники дипломатической службы Чак Болен и Джордж Кеннан провели три года в европейских университетах, изучая Россию, ее историю, литературу и политику - точно так же, как россияне изучали свою культуру. Чиновники дипломатической службы и оперативные сотрудники разведслужб могли посвятить два года изучению языка. Но у аналитиков нет такой возможности. Предполагается, что к моменту поступления на службу в РС их образование уже фактически завершено. Два или три года в иностранном университете, особенно в принадлежащем к китайской культурной сфере, - например, в Гонконгском университете, Национальном университете Сингапура или даже в одном из китайских вузов? Сейчас об этом и слышать не хотят. Все же было бы полезно продвигать идею о продолжении образования за границей. Это должно стать обычной ступенькой в карьере, а не вознаграждением или языковой практикой, как зачастую относится к подобному обучению руководство.

 Хотя Служба старших аналитиков ЦРУ и подобные ей инициативы подаются как отличный способ сохранить аналитическую экспертизу, эти программы защищают статус-кво ситуативного формирования экспертого анализа. Должность аналитика получают как бонус в середине или конце карьеры, а не в результате целенаправленной подготовки и выполнения ряда условий. Для РС компетентность в вопросах страны - объекта разведки -- это нечто большее, чем ученая степень. Поэтому правительство США не может просто перепоручить подготовку специалистов университетам.

 Проблема формирования экспертного анализа по вопросам Китая не нова для американского правительства. В феврале 1977 года сотрудник Совета национальной безопасности по вопросам Китая и один из ведущих специалистов по Китаю своего поколения Майкл Оксенберг написал записку Збигневу Бжезинскому, выражая свою озабоченность качеством и будущим анализа Китая в правительстве. Оксенберг осветил проблему подготовки талантливых сотрудников, предполагая, что при таком подходе через 15-20 лет можно ожидать появления новой плеяды специалистов высокого ранга. К сожалению, Оксенберг вероятно больше преуспел в решении этой дилеммы вне правительства, по своей собственной инициативе. Правительство США не вняло его словам, а нам остается пожинать плоды образовавшегося статус-кво.

 Эти два основных направления - поощрение инициативного анализа и тщательное формирование региональной экспертной оценки - требуют фундаментальных перемен в отношении к аналитической продукции. Работу большинства аналитиков оценивают по принципу «что ты сделал для учреждения за последнее время». Это подразумевает: время, проведенное вне производственной линии, использовано нерационально. Если не придавать значения нескольким неделям или месяцам, проведенным вне рабочего стола, - скажем, за оцениванием работы национальной разведки по заданию Совета национальной разведки, - то никаких значительных изменений не произойдет. Предположим, что  все больше аналитиков будет работать над более и более узкими задачами, достигая индивидуального развития. В таком случае, их отрыв от производства для дальнейшего образования, глубоких исследований и сбора информации из открытых источников - это отличный способ расширить сферу действия и компетенцию аналитиков, что в долгосрочной перспективе сыграет на руку РС.

 Потакание текущему состоянию дел в американской разведке основывается на ошибочном убеждении, что любой человек может дать аналитическую оценку Китаю. Так возникает бесконечная и непродуманная мантра «реформа разведки - это хорошо, ЦРУ - это плохо». Прошлое осталось в прошлом, а Китай занимает центральное место в будущем. Возможно, он готовится к соперничеству с США, а может, постарается найти пути к мирному сосуществованию. Независимо от этого, руководство РС и поддерживаемые им политики нуждаются в ядре из подготовленных специалистов по Китаю, которые будут снабжать информацией более широкий правительственный аппарат.

 Во многих отношениях заинтересованным американцам остается уповать на то, что проблема кроется в РС, а не в высокопоставленных политиках. Политики стоят перед обескураживающей задачей - понять мир и попытаться справиться с вызовами, которые он подбрасывает. Тем не менее, если они не поймут Китай на базовом уровне и если их не обеспечат точным проницательным анализом по ситуации в Китае, то проблемы американской политики станут гораздо глубже и их будет намного сложнее исправить. Мозг можно развить, но нет никаких способов вылечить уши, если они закрыты.

 Питер Маттис - участник Китайской программы при Джеймстаунском фонде и автор недавно опубликованной книги «Анализ китайских вооруженных сил: обзорный очерк и справочник по Народно-освободительной армии Китая». 


Источник: nationalinterest.org





close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!