Присоединяйтесь к нашим группам

Ультраправый терроризм: задержание француза в Украине, отдельный случай или индикатор скрытой угрозы?

Ультраправый терроризм: задержание француза в Украине, отдельный случай или индикатор скрытой угрозы?
Задержание в мае месяце на Украине гражданина Франции с целым арсеналом оружия и взрывчатки снова привлекает внимание к мало обсуждаемой в СМИ террористической угрозе: ультраправым. Но из-за того, что практически все наше внимание уделяется джихадизму и ультралевым, эта проблема во Франции почти не освещается.
08 06 2016
20:17

Atlantico: 21 мая на Украине задержали 25-летнего француза с целым военным арсеналом. Вполне вероятно, что он предназначался для проведения около полутора десятков террористических актов во Франции накануне и во время Чемпионата Европы по футболу. В числе выбранных целей, в частности, значились мечети и синагоги. Означает ли это, что ультраправый терроризм представляет собой реальную угрозу во Франции? Это единичный случай или же новое поле битвы с терроризмом в нашей стране?

Эрик Денесе: К такого рода информации нужно, прежде всего, относиться с предельной осторожностью.

На данный момент украинские власти не предоставили никаких доказательств вины этого человека. Поэтому давайте не будем легковерно относиться к этой истории. Что же касается реальности угрозы ультраправого терроризма в современной Франции, я думаю, что ее попросту не существует. Разумеется, это не означает, что нам не угрожают действия так называемых волков-одиночек наподобие Андерса Беринга Брейвика, однако в то же время нельзя утверждать, что ультраправые движения представляют серьезную угрозу.

Развитие ситуации во Франции дает возможность для возникновения ряда ультраправых течений в идеологическом плане, но пока что ничто не указывает на их возврат к террористической логике. В настоящий момент речи об этом не идет.

В данном конкретном случае следует добавить, что если причастность нашего гражданина к террористическим движениям будет подтверждена, это едва ли станет случайностью с учетом роли Украины как возможного рассадника ультраправых в Европе. Все те, кому так хотелось увидеть в Майдане демократическую революцию, глубоко заблуждались. В стремлении выставить Россию в плохом свете мы не заметили реального положения дел. Многие представители европейских ультраправых течений отправились в Украину «бороться» с про-российски настроенными элементами, а объединения вроде «Свободы» расцвели на Украине и привлекли европейских экстремистов. Точно также как Исламское государство стало сегодня очагом радикального исламизма, Украина стала привлекательной для европейских ультраправых после Майдана.

В июле 2011 года в Норвегии Андерс Беринг Брейвик, который не скрывал своих ультраправых взглядов, убил 77 и ранил еще 151 человека. На фоне обострения отношений и роста напряженности в Европейском Союзе можно ли представить себе трагедию подобного рода в ближайшее время во Франции?

Такая трагедия может произойти, где угодно, а не только во Франции. Никто не застрахован: Норвегия, Дания, Германия, Великобритания, Франция, Италия, Испания… Никто. Сегодня, чтобы устроить подобную бойню, достаточно лишь одного человека, и он может оказаться где угодно. В данном случае речь идет скорее о серийном убийце или патологии, а не о настоящем борце. Это очень сложная угроза, против которой разведка практически бессильна.

Нужно понимать, что с учетом современной ситуации во Франции ультраправые не являются приоритетом в глазах спецслужб, поскольку они совсем не главная угроза. Главная угроза, на которую сегодня направлена основная часть ресурсов и персонала спецслужб, это исламизм. Далее идут ультралевые в лице «Черного блока», вандалов и т.д. Причем, в этом случае источником угрозы становится агрессивный характер их акций, а не террористическая деятельность в чистом виде. 

На наблюдение за ультраправыми выделяется меньше ресурсов и сил, потому что сейчас они создают меньше проблем. В этом направлении работает мало людей, что совершенно оправданно, потому что угроза не носит приоритетный характер. В то же время, если эта опасность станет реальной, предвидеть ее и предотвратить будет намного сложнее.

2015 год был очень тяжелым в эмоциональном плане для граждан Франции. Как бы французы отреагировали на террористический акт подобного рода? Насколько хватило бы их стойкости?

На этот вопрос очень сложно ответить. Все будет зависеть от многих вещей, в частности от обстановки и масштабов террористического акта. Я думаю, что французы выстоят, потому что у них попросту нет другого выбора! Еще один террористический акт после трагических событий января и ноября 2015 года, естественно, подверг бы французский дух серьезному испытанию, но систему с ног на голову он не перевернет.

Это приведет к коллективной паранойе, но люди все равно будут сопротивляться терроризму. Перед лицом иностранного вторжения (вроде поражения от нацистской Германии в 1940 году) действительно можно сломаться и начать отступление, но перед лицом терактов мы не можем поступиться ничем.

Да, на протяжении истории французские ультраправые отличились агрессивными и террористическими акциями (особенно во второй половине ХХ-го века). Положил ли приход Марин Ле Пен на пост главы Национального фронта конец маргинализации ультраправых? Не делает ли это их еще более опасными для нашего общества?

Я считаю, что ультраправые действительно способны устроить новые акции. Такова природа радикалов - как правых, так и левых. Однако, начиная с 1980-х годов, они впали в своеобразную спячку. Но в состоянии ли нынешнее усиление Национального фронта усмирить требования ультраправых активистов? Очень в этом сомневаюсь. 

Чем разнообразнее и шире электорат Национального фронта, тем менее он подвержен радикальным взглядам. Благодаря этому он даже становится системной демократической партией, по мнению некоторых активистов. А определенное количество особо радикальных представителей не состоят в Национальном Фронте, а принадлежат экстремистски настроенным группам. Но значит ли это, что они собираются устраивать террористические акты? Нам об этом ровным счетом ничего не известно. Группа может пойти по радикальному пути по самым разным причинам, очень важную роль играет контекст.

И наконец, мне бы хотелось провести параллели с заявлениями о том, что в прошлом ультраправый терроризм прекратился с приходом во Франции к власти левых в 1981 году. На самом деле на примере акций группы «Прямое действие» мы все прекрасно видели, что приход к власти ультралевых никоим образом не остановил терроризм. Скорее всего, ситуация не изменилась бы и в случае прихода к власти Национального фронта. Но в этом случае опять-таки необходимо проявлять осторожность и не называть сразу подобные действия терроризмом.

Эрик Денесе

Эрик Денесе,  доктор политических наук, руководитель исследований, директор французского Центра исследований интеллекта (CF2R).

 


Источник: atlantico.fr





Liderweb
Фредди Бонилья, секретарь безопасности Гражданской Авиации Колумбии, сообщил, что расследование аварии самолета, потерпевшего крушение у берегов Колумбии с восходящей бразильской футбольной командой "Шапекоэнсе" (Chapecoense), считает, что в момент крушения в воздушном судне закончилось топливо.
02:30 | 02.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!