Присоединяйтесь к нашим группам

Октябрьский сюрприз Обамы в Ираке

Октябрьский сюрприз Обамы в Ираке
Если иракские и курдские войска (при поддержке США) смогут отбить Мосул в соответствии с разработанным планом, это станет бесценным подарком для Хиллари Клинтон
03 08 2016
08:43

Иракский солдат на подконтрольной курдам территории в 35-мильной зоне к югу от Мосула 17 июля 2016 года во время военной операции по восстановлению контроля над северной провинцией Ниневех

Американской общественности, вероятно, предстоит отпраздновать крупнейшую военную победу под руководством США в Ираке этой осенью, когда избиратели определяются с тем, кто же будет следующим американским президентом – однако военные утверждают, что график операции никак не связан с политикой.

Иракские и курдские военные и полувоенные формирования готовятся к движению на Мосул, удерживаемый силами Исламского государства, в эти дни находящийся под прицелом сил коалиции под руководством США, борющейся с террористической группировкой по всему Ближнему Востоку. «Задача заключается в том, чтобы изолировать Мосул, отрезать его, раздавить его» , - так охарактеризовал мне военный план один их представителей американского центрального командования.

Высшие военные чины говорят, что город на севере Ирака, находящийся под контролем Исламского государства с июня 2014 года, будет зажат в тиски между иракскими вооруженными силами, прокладывающими свой путь к городу с юго-востока, и курдскими формированиями, штурмующими город с северо-запада. После многомесячного планирования военное наступление назначено на начало октября с тем, чтобы финальная битва за Мосул завершилась к концу месяца.

Если Мосул будет взят, это станет признаком значительного политического триумфа Барака Обамы и, скорее всего, поможет с предвыборным рейтингом кандидату в президенты от его партии Хиллари Клинтон, сделав бессмысленными заявления Республиканской партии о том, что администрация Обамы не смогла ответить на вызов, брошенный Соединенным Штатам со стороны Исламского государства. Пусть даже и так, однако представители центрального командования, отвечающие за операцию, презрительно кривятся при упоминании о том, что наступление на Мосул приурочено ко времени проведения предвыборной кампании бывшего государственного секретаря Обамы.

«Специально спешить с наступлением для того, чтобы кто-то извлек из него политические выгоды – это самая неразумная вещь, которую мы могли бы сделать, - считает один из высших чинов центрального командования. – На нас не оказывалось никакого давления по этому вопросу. Никакого. Иракские и курдские войска пойдут в наступление тогда, когда они будут полностью к нему готовы – и не раньше. На карту поставлено слишком многое, чтобы играться в политические бирюльки».

Все свидетельствует в пользу его слов, вместе с тем американские власти подтверждают, что Пентагон рассматривает возможность совместить по времени наступление на Мосул с атакой на столицу Исламского государства Ракку в Сирии. Одновременное наступление на Мосул и Ракку станет двойным ударом по Исламскому халифату, подорвет позиции ИГИЛ как в Сирии, так и в Ираке, и принесет дополнительное преимущество, лишив свободы перемещения из Сирии в Ирак по внутренним маршрутам подразделения Исламского государства. В конце марта Центрком установил наблюдение за сирийско-иракской границей с тем, чтобы идентифицировать и уничтожить силы ИГИЛ, которые отправятся на помощь Мосулу.

Амбициозные планы по захвату Мосула и Ракки отображает смену в тактике и более глубокое участие США (о чем не до конца сообщалось в американской прессе или говорилось во время проведения предвыборной кампании). Совсем недавно Центркому удалось получить от Белого Дома разрешения на прямое взаимодействие  американских инструкторов с иракскими вооруженными силами на уровне батальонов, что подвергнет жизни военных советников и инструкторов из США опасности, но даст им возможность в большей степени контролировать ситуацию на местах в боевых условиях. И США немедленно отправили первую группу инструкторов (в общей сложности 200 человек) на военно-воздушную базу аль-Кайарах в 40 милях к югу от Мосула, которая была отбита иракской армией на прошлой неделе. Вашингтон подтвердил свою поддержку «Пешмерга», военным отрядам ветеранов Курдского регионального правительства, которое возглавит наступление на Мосул с севера - несмотря на риск дестабилизации деликатной региональной политики, подкрепляемой подозрениями шиитского правительства Ирака о том, что США выказывают слишком много  расположения курдам. 12 июля США подписали соглашение с Курдским региональным правительством о выделении 415 млн. долларов для закупки боеприпасов и медицинского оборудования для «Пешмерга». По соглашению, силам «Пешмерга» также поставляется тяжелое вооружение, в котором у них имеется серьезный недостаток по сравнению с Исламским государством. Договор на 415 млн. восполнит этот пробел, снабдив тяжелым вооружением «Пешмерга» поблизости от Мосула.

Усиление помощи курдским силам свидетельствует о том, что американские военные уверенны в ослаблении Исламского государства. С момента начала кампании против ИГИЛ  8 августа 2014 года коалиция сил под руководством США нанесла более 13 тысяч бомбовых ударов по военным целям ИГИЛ. Что еще немаловажно, четыре задачи, которые ставило перед собой американское командование в деле борьбы с Исламским государством, практически выполнены, а именно: стабилизировать положение в Анбаре, подготовить сухопутное наступление сил коалиции на Мосул, организовать кампанию в Сирии по наступлению на Ракку и наладить поставки оружия для антиИГИЛовских сухопутных сил.

Идея о двойном наступлении, направленном как на Ракку, так и на Мосул, была высказана генерал-лейтенантом Шоном МакФарландом, возглавляющим американское командование, 11 июля во время пресс-конференции. Захват Ракки, сообщил он, будет означать, что «ИГИЛ потеряет операционную базу, потеряет финансовые ресурсы и потеряет возможность изготавливать фальшивые документы для возможности поездок по всему миру». Аналитики Центркома утверждают, что битва за Ракку будет имеет более важное значение, чем борьба за Мосул.

«Известно, кто будет принимать участие в наступлении на Мосул, - сообщил мне бывший сирийский дипломат Бассам Барабанди, – но неизвестно, кто примет участие в наступлении на Ракку. Сейчас этот вопрос в стадии переговоров. Однако нет никаких сомнений в том, что это будут Ракка и Мосул, и иракские власти подтвердили свою решимость вернуть город под свой контроль к концу октября».

В наступление на Мосул пойдут три силы: иракские Силы народной мобилизации Хашд аль-Шаби, «Пешмерга» и Иракские силы безопасности, большая часть состава которых прошла обучение у американских военных инструкторов. США не совсем уверены в шиитском Хашде, который лишь номинально подчиняется багдадскому правительству и неохотно мирится с рекомендациями с американской стороны. Сторонники движения, сформированного в июне 2014 года  после призыва шиитского аятоллы Али аль-Систани к борьбе против ИГИЛ, тесно связаны с иранскими силами «Аль-Кудс», подчиняющимися иранскому командующему Касему Солеймани.

Однако по мнению британского военного аналитика Роберта Толласта, предпринявшего несколько поездок по Ираку и имевшего беседу с несколькими командирами Хашда, Хашд может оказать неоценимую помощь: в последнее время он активно набирает в свои ряды суннитских граждан, горящих желанием изгнать ИГИЛ из своих городов и поселений. «Мы наблюдаем за повторением событий во времена пробуждения Анбара, - считает Толласт. – Зверства ИГИЛ подтолкнули многих суннитов Анбара к сотрудничеству с шиитским Хашдом, точно так же как в 2006 году жестокость «Аль-Кайды» толкнули суннитов в объятия американцев». Что немаловажно, культурная зачистка ИГИЛ на территории Анбара усилила призыв шиитов Хашда к суннитам Анбара, тем самым разрушив стратегию ИГИЛ на разжигание и поддержание религиозной розни в Ираке.

Но в то же время, по мере того, как все большее число суннитов присоединяется к борьбе против Исламского государства, растет неприязненное отношение к ним со стороны иракских бойцов-шиитов. «Шииты воспринимают ИГИЛ как еще одну версию суннитского баасизма», - объясняет Толласт. По крайней мере, в этом они не совсем неправы: старшие лидеры ИГИЛ в свое время занимали видное место в баасистской партии Саддама Хуссейна, который жестоко подавлял шиитов на протяжении своего 25-летнего правления. Пропасть глубока. Во время недавней поездки Толласт встречался с шиитским лидером, в офисе которого висел плакат, изображающий как Баасистская Республиканская Гвардия расправляется с гражданскими лицами-шиитами в 1991 году.  Параллель с бойней на базе в Тикрите в июне 2014 года, когда подразделение ИГИЛ под командованием бывшего саддамиста убило более 1 500 кадетов иракских военно-воздушных сил, все из которых были шиитами, явно прослеживается.

Все это помогает объяснить, почему основная ставка в наступлении на Мосул делается на «Пешмерга». США возлагают большие надежды на боевое мастерство бойцов «Пешмерга», даже если прочные американо-курдские отношения с неодобрением воспринимаются центральным правительством в Ираке (которое недавно обвинило «Пешмерга» в аресте и пытках солдат иракской армии), а также сталкиваются с недовольством командиров разношерстных Сил народной мобилизации. Еще одним ключевым игроком выступает Турция, поскольку эта страна также опасается усиливающегося влияния курдов и их союза с США – особенно после неудавшейся попытки военного переворота в июле, ответственность за которую турецкое правительство возложило на мусульманского священника, живущего в изгнании в Пенсильвании, при этом Турция пытается найти свое место после освобождения Мосула в борьбе с Рабочей партией Курдистана PKK, в настоящее время контролирующей значительные области в северном Ираке и в северной Сирии. Таким образом, борьба с ИГИЛ объединила, пусть даже с большим трудом, все эти противоречивые политические фракции – однако американские власти допускают вероятность того, что шаткий боевой союз может распасться по причине политических разногласий.

По словам одного из офицеров Пентагона, недавний американо-курдский консенсус сформировали  не без наличия дополнительных условий, включая боевую координацию действий «Пешмерга» с Иракскими силами безопасности, принимающими участие  в битве за Мосул. Командиры «Пешмерга» были вынуждены согласиться с тем, чтобы пропустить подразделения Иракских сил безопасности в начале штурма Мосула. Это условие было выдвинуто США, опасающимися, что битва за Мосул может перерасти в столкновения между силами, участвовавшими в его освобождении. Был подписан меморандум о взаимопонимании в Эрбиле,  где американскую сторону представляла помощница министра обороны по делам международной безопасности Элисса Слоткин. Именно та Слоткин, которая в январе 2015 года оказала холодный прием лидерам суннитов Анбара, приехавшим в Вашингтон просить о выделении им оружия напрямую, минуя Багдад. США тогда отказали.

Хотя отказ администрации Обамы от поставок оружия суннитам Анбара столкнулся с недовольством на Капитолийском Холме, администрация по-прежнему убеждена в том, что прямые поставки оружия суннитам было бы ошибкой. В свете визита анбарских суннитских лидеров в 2015 году администрация мягко напомнила о том, что огромное количество оружия, которое направлялось племенам  при президенте Буше, в конце концов, оказалось в руках Исламского государства. «Они приятные люди, он желают добра, - поделился со мной один из представителей администрации. – Но мы не можем полностью доверять им».

США по-прежнему настаивают на том, что вся помощь, выделяемая суннитским племенам Анбара, будет проходить через Министерство обороны Ирака. Однако хотя США продолжают говорить «нет» в ответ на просьбы анбарских лидеров о прямой поддержке, минуя иракское правительство, отрицательный ответ теперь окрашен некоторыми нюансами: он больше напоминает «нет, хотя…» . Помощь анбарским суннитам теперь будет более регулярной, поскольку министерство обороны теперь находится под руководством Халеда аль-Обайди, суннита из Мосула, который поставил перед собой задачу подготовить все военные силы Ирака перед штурмом города. Назначение Обайди в октябре 2014 года широко осуждалось шиитскими политическими партиями Ирака, а в сентябре прошлого года на него было совершено покушение, в ходе которого его телохранители погибли от огня снайпера в северной части Багдада. Несмотря на неоднозначную реакцию на его назначение, США убедили иракского премьер-министра Хайдера аль-Абади в том, что присутствие Обайди необходимо для борьбы против ИГИЛ, поскольку поможет сгладить разрыв между шиитским правительством и племенами Анбара.

И все же суннитские племена продолжали жаловаться на протяжении всей первой половины 2015 года на то, что иракское правительство не торопится снабжать их необходимым им оружием. Поэтому в октябре прошлого года министр обороны США Эш Картер усилил давление на иракское правительство с тем, чтобы ускорить поставку оружия недавно созданным в Анбаре Силам племенной мобилизации. Картер сообщил Конгрессу о том, что США предоставили «все необходимое для комплектации двух батальонов вооружение для мобилизации суннитских племен» и что «обеспечение его эффективного распределения» зависит от самих иракцев. Он также добавил, что «местные суннитские силы должны быть укомплектованы соответствующим образом и вовремя получать довольствие».

О чем не упомянул Картер, так это о том, что США продолжают оказывать финансовую поддержку ключевым лидерам племен через министерство Обайди. В то время как Силы племенной мобилизации  не могут сравниться по мощи с Хашд аль-Шааби (анбарские сунниты могут выставить максимум 10 тысяч бойцов для участия в наступлении на Мосул), их участие станет символом попыток правительства Абади сформировать коалицию в борьбе с ИГИЛ из разнородных иракских сил.

Битва за Мосул и Ракку станет поворотным пунктом в войне против Исламского государства. Поскольку ни Багдад, ни Вашингтон не могут гарантировать победы, воздушное превосходство сил коалиции и боевые потери ИГИЛ (по данным Центркома, группировка потеряла 150 танков и 7000 единиц огневого поражения) означают, что действия под Мосулом развернутся по тому же сценарию, что и битва за Фаллуджа, который иракские силы освободили от боевиков ИГИЛ в июне. В этом случае, говорит Джоэль Винг, который пристально следит за развитием событий в стране и ведет блог «Размышления об Ираке», «самой укрепленной была внешняя линия обороны, а самым слабым оказалось сопротивление внутри». По его словам, Мосул «может в точности повторить ситуацию». Битва за Мосул является настолько важной, что «в ней рвутся принять участие практически все».

И это является хорошей новостью. Плохая новость состоит в том, что пока широкая коалиция сил в борьбе против ИГИЛ под руководством США остается единой, того же нельзя сказать о ее сухопутных силах. Единственное, что объединяет их – это то, что они ненавидят ИГИЛ больше, чем друг друга. Поэтому когда американские старшие офицеры уверенно заявляют об успехе взятия Мосула, они при этом допускают и вероятность того, что наступление может захлебнуться еще до того, как начнется.

Что означает, что хотя Обама и живет в предвкушении октябрьского приятного сюрприза, он не перестает повторять, что война с ИГИЛ может затянуться на многие годы. Именно поэтому иракский премьер-министр игнорирует призывы выгнать американских советников, взять контроль наш шиитской Хашд аль-Шаби, сместить с должности Обайди, прекратить всяческую поддержку Сил племенной мобилизации и занять жесткую позицию по отношению к курдам. Он не делает этого, поскольку понимает, что битва за Мосул – это схватка, в которой Ирак не может позволить себе проиграть.

ИГ является террористической организацией и запрещена в РФ


Источник: politico.com





DW
На фото: Франк-Вальтер Штайнмайер и Сергей Лавров в августе на встрече в Екатеринбурге, Россия. Вскоре в Гамбурге состоится двухдневная встреча 50-ти министров иностранных дел ОБСЕ. Подготовка к встрече подразумевает строгие меры безопасности. Немецкий министр безопасности Штайнмайер обратился к российскому коллеге Лаврову с проникновенной речью.
12:19 | 08.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!