Присоединяйтесь к нашим группам

Исламское государство: В поисках полиглотов

Исламское государство: В поисках полиглотов
Исламское государство (оно же ИГИЛ) приковало всеобщее внимание благодаря своей многоязычной пропаганде и целенаправленному использованию социальных сетей для запугивания и вербовки на различных языках. Однако до сих пор никто не собрал воедино все факты того, как именно Исламское государство пользуется своей полиглотской структурой для разжигания джихада вне языковых рамок арабского языка.

Идеология: обязательна. Знание языков: приветствуется.
05 08 2016
16:36

Майкл Эрард.

Исламское государство является самым экстремистским из всех террористических организаций в воплощении «концепции чужеродности», а именно - в четком делении людей на «своих» и «чужих».

Но, в отличие от большинства экстремистских группировок, для того, чтобы проводить подобное деление, ИГИЛ не руководствуется такими поверхностными критериями отбора, как этническая принадлежность или знание языка. Его единственным критерием отбора является беззаветная преданность ИГИЛовской фанатической версии ислама.  «Вы можете быть англичанином, и все же присоединиться к ИГИЛ, если согласитесь следовать всем их правилам и нормам, - говорит Джина Лайгон, ученый из Университета Небраски, занимающаяся изучением экстремистских организаций. – Это уникальная черта для террористической группировки с четким делением на своих и чужих – у них есть определенные критерии, по которым происходит разделение на своих людей и чужаков, но они не базируются на чем-то доступном для вашего понимания».

Это означает, что, по крайней мере, в языковом вопросе «Исламское государство» разительно отличается от других террористических группировок – и определенно от своего «ближайшего родственника» «Аль Каиды». ИГИЛ не только толерантно относится к людям, не владеющим арабским языком – оно нуждается в них, и не только с целью производства пропагандистских материалов на различных языках, но и для содействия в управлении и администрировании возрастающего многоязычного населения так называемого «всемирного халифата», а также для планирования терактов и диверсий за его пределами.

Требуются полиглоты

Для наднационального общества, которое намерено построить Исламское государство, Варвара Караулова являлась превосходным кандидатом. Бледная, застенчивая, пухлощекая брюнетка Варвара (или Варя, как уменьшительно звучит ее имя на русском языке) изучала философию в Московском государственном университете и питала склонность к изучению языков и культур. Эта страсть поощрялась ее отцом Павлом – бизнесменом, говорившим на английском, французском и китайском языках. В конце 1990-х годов он забирал свою семью во Францию и в США, когда получил работу в небольшой компании под Бостоном. Поэтому когда осенью 2014 года их дочь начала ходить на курсы арабского языка и уединяться в своей комнате для его изучения, родители не сочли это чем-то из ряда вон выходящим.

В конце мая 2015 года она отправилась в университет, но так и не вернулась домой. Через несколько дней запаниковавший Павел выяснил у ее друзей, что уже многие месяцы она носила хиджаб и одеяния с длинными рукавами, надевая их после выхода из дома. Однажды, вместо того, чтобы пойти на занятия, она отправилась в аэропорт. Месяц спустя российская разведка засекла ее в приграничном турецком городе в группе россиянок, направляющихся в Сирию. Ей так и не удалось добраться до своего пункта назначения: в июне прошлого года она была арестована в турецком приграничном городе Килис, передана российским властям и в настоящее время находится в московской тюрьме.

Однако ее охотно приняли бы на территории ИГИЛ. Кроме арабского, который она изучала, девушка владела русским, немецким языками и латынью, бегло говорила на английском и французском языках. Арабский, русский и английский – самые распространенные языки на территории Исламского государства, часто можно услышать и французскую речь. С подобным лингвистическим арсеналом она могла бы стать переводчиком для иммигрантов, учителем в школе или послушной женой для любого из иностранных бойцов, прибывших со всех сторон света.

По мнению Катрин Эмили Браун из Университета Бирмингема, нет оснований утверждать, что ИГИЛ целенаправленно вербует полиглотов, похожих на Варю. Даже если дело обстоит именно так, обстоятельства вынуждают ИГИЛ демонстрировать совершенно другой подход к не владеющим арабским языкам рекрутам, отличающийся от политики «Аль Каиды». Матье Гидер, французский антрополог, изучавший франкоязычный джихад несколько лет, уверен в том, что «ИГИЛ определенно внедрило языковой элемент в свою стратегию», в то время как «Аль Каида» понятия не имела, что делать с людьми, говорящими на других языках.

Поразительно, но, по словам Гидера, лидеры ИГИЛ переняли политику из чрезвычайно неожиданного источника: они были «вдохновлены идеей «Еврейского государства» и тем, как оно интегрировало в свое общество новых евреев, приезжавших жить в Израиль», утверждает он.

Модель Израиля

Когда новый иммигрант приезжает в Израиль, государство обычно предоставляет ему возможность посещать многомесячные курсы по изучению иврита, а также некоторые льготы, включая наличные средства, субсидии на аренду жилья и услуги здравоохранения.  Для мухаджира (иммигранта), прибывающего на территорию Исламского государства, министерство образования проводит интенсивную образовательную программу, включающую ознакомление с арабским языком Корана и военной терминологией; некоторые части курсов доступны на других языках (например, некий Айменн Аль-Тамими объявил на своем веб-сайте о наборе в группу с обучением на курдском языке).

Некоторые предметы преподаются на классическом арабском, но насколько регулярно это происходит – не совсем понятно. Также непонятно, где это происходит – в мечетях или в других учреждениях. Один из бывших членов ИГИЛ и "Аль Каиды" утверждает, что обучение проходит самостоятельно.

Однако здесь параллель с Израилем прерывается, поскольку большая часть мухаджиров не изучает арабский, и ИГИЛ не стремится их заставить. «Конечно, существует негласное правило о том, что иностранные бойцы должны попытаться выучить местный язык. Некоторые пытаются, но большинство даже не задумывается над этим», - говорит Томас Хеггхаммер, старший научный сотрудник Норвежского института оборонных исследований.

По большей части незнание арабского языка не представляет собой проблемы, так как мухаджиры «редко пересекаются с местными жителями, поскольку размещаются в отдельных районах или в специально отведенных домах. Они живут своей коммуной и редко общаются с местным населением», - говорит Гидер. Майк Флинн, бывший глава Разведывательного управления Министерства обороны США, рассказал о том, как ИГИЛ поделил свою столицу в Сирии Ракку на международные секторы из-за проблем с языками. «Они разместили в этих международных зонах переводчиков, которые помогают осуществлять общение и распространяют необходимую информацию», - рассказал Флинн.

С таким количеством говорящих на различных языках сравнительно не сложно найти переводчика. Варя Караулова, вероятно, намеревалась получить работу переводчика или учителя в русскоязычной школе, преподающей арабский язык, или же войти в Бригаду Ханса, являющуюся некоей разновидностью женской полиции нравов, арестовывающей в Ракке женщин, которые нарушают законы ИГИЛ. По сообщениям на одном из блогов, некоторые из членов Бригады Ханса являются иностранцами, не говорящими на арабском языке: «Для убийств в Ракке не требуется слов».

По сути, основная причина для иностранных боевиков изучить арабский язык носит не практический, а религиозный характер. «Французские боевики в ярости от того, что не могут говорить на арабском языке Корана, - утверждает Гидер. – Они хотели бы приобщиться к священным текстам, но не в состоянии сделать этого».

Используя язык врага

Когда Исламскому государству не удается найти полиглотов, оно обращается к английскому языку. Язык, чьей родиной является «дьявольский Запада», тем не менее играет поразительно значительную роль на территории халифата. Хотя радикальный проповедник Анвар аль-Анвлаки в свое время писал о том, что «арабский язык является международным языком джихада», вполне объяснимо, по какой причине английский служит неофициальным языком общения между людьми, не владеющими общепринятым языком (эту же роль английский язык выполняет во всем остальном мире). Кстати, аль-Анвлаки сам писал свои труды по большей части на английском языке, пытаясь донести свои взгляды людям, не владеющим арабским языком (причем, как утверждает Хеггхаммер, он безупречно владел арабским языком).

На территории ИГИЛ английский язык используется в бюрократических целях, и в таких городах, как Ракка, открываются англоязычные школы для детей иммигрантов и публикуются в редакции ИГИЛ учебники на английском языке. Медсестры, работающие  в Исламском государстве, обязаны говорить на английском языке, а вербовка докторов предусматривает обязательное знание ими этого языка. По некоторым сообщениям, дорожные знаки на дорогах ИГИЛ содержат надписи на арабском, русском и английском языках.

Кроме того, ИГИЛ «разработало систему солидных денежных поощрений для тех англоговорящих людей, которые вербуют иностранных бойцов, - говорит Лайгон из Университета Небраски. – Людям платят больше, если они говорят на английском языке, имеют высшее образование или жену с высшим образованием».

Журналист Граем Вуд, который изучал несколько диалектов арабского языка и беседовал со многими сторонниками агрессивного джихада по всему миру, говорит, что хотя ИГИЛ и преподносит себя как космополитическое государство, «на практике существует иерархия национальностей, и знание английского языка действительно повышает человека в этой иерархии. В этом смысле знание языка – признак статуса». Однако, добавляет он, «статус зависит не от языка – он зависит от обладания паспортом богатой страны. Язык может помочь во многих других делах и отношениях».

Вуд говорит, что он не сталкивался с широким употреблением английского языка в качестве языка международного общения, но это было бы для него не удивительно. «Они были бы изумлены, если бы вы спросили их о роли английского языка в их жизни. Они ответили бы: «Послушай, в исламе ничего не сказано о том, что нельзя говорить на других языках, поэтому у нас с этим все в порядке». В Коране сура 49:13 приветствуется разноплеменность и даже восхваляется стиль жизни «Вавилонской башни» («О люди! Поистине, Мы сотворили вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы познавали друг друга»).

Вуд даже считает, что для граждан ИГИЛ языковое барьеры являются поводом для проявления солидарности. «Я часто испытывал чувство, что у людей, присоединяющихся к ИГИЛ, эти языковое трудности, какими бы неудобными они не были, вызывают ощущение солидарности, сопричастности и чувство того, что они составляют одно целое. Трудная работа по изучению арабского языка – еще одна вещь, которая объединяет их».

Перечисленные в статье экстремистские организации признаны террористическими, их деятельность запрещена на территории РФ.


Источник: qz.com





DW
На фото: Франк-Вальтер Штайнмайер и Сергей Лавров в августе на встрече в Екатеринбурге, Россия. Вскоре в Гамбурге состоится двухдневная встреча 50-ти министров иностранных дел ОБСЕ. Подготовка к встрече подразумевает строгие меры безопасности. Немецкий министр безопасности Штайнмайер обратился к российскому коллеге Лаврову с проникновенной речью.
12:19 | 08.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!