Присоединяйтесь к нашим группам

Правда о миграционном кризисе. Часть первая

Правда о миграционном кризисе. Часть первая
Трагический выбор, моральный риск и потенциальные решения.
16 09 2015
09:53

Майкл С. Тайтельбаум.

Мир наблюдает, как мигранты и беженцы - волна за волной -  захлестывают Европу. И то, что когда-то вызывало шок, теперь кажется обыденным.

Не может быть сомнений в том, что нас ожидает масштабный кризис - гуманитарный и политический. Сотни тысяч людей платят огромные суммы денег ливийским контрабандистам, чтобы, рискуя жизнью, пересечь опасные воды Средиземного моря на непригодной для плавания лодке. Контрабандисты посылают сигналы бедствия европейским спасательным службам, которые круглосуточно патрулируют территорию. Получив ответ со спасательных кораблей, контрабандисты  врезаются в патрульные суда или топят свои лодки. Контрабандитсы в Турции загружают клиентов в маленькие надувные лодки, направляют их к ближайшему туристическому острову Греции, который виден с турецкого берега, и учат их пробивать лодку по прибытии.

Сотни людей, приплывших на лодках, живут в лагерях на туристических пляжах богатой Итальянской Ривьеры. Еще тысячи совершают марш-бросок через Италию и Францию во временные лагеря рядом с французским поротом Кале.  Там беженцы ожидают случая тайком проникнуть в поезд или грузовик, который идет в Великобританию через тоннель под Ла-Маншем. Десятки тысяч пробираются пешком, на поездах, в автобусах, такси и фургонах контрабандистов через Сербию, Македонию и Венгрию, чтобы потребовать убежища в Германии, Швеции и Австрии. 

Мигранты отдыхают в импровизированном убежище на подземной парковке железнодорожной станции в Зальцбурге, 13 сентября, 2015 года.

Пугающие числа

Реальное количество людей, пересекающих Средиземное море с целью попасть на территорию Евросоюза, пугает - настолько, насколько можно доверять малочисленным имеющимся доказательствам . На протяжении первых восьми месяцев 2015 года опасное путешествие успешно проделали более 400000 человек. В начале года около 80% беженцев отправлялись из ныне разрушенного государства Ливия и прибывали на итальянскую землю. В дальнейшем выросла активность по переброске нелегальных мигрантов из Турции на ближайшие греческие острова.

Во все более шумных политических и медийных дебатах в Европе и во всем мире недавние события называют новым “бедствием”, “политическими провалами” и даже “вторжением”. Причем Европа уже доказала, что не в состоянии эффективно справиться с этой проблемой. В действительности в такой беспорядночной миграции через Средиземное море нет практически ничего нового, но ее масштабы на самом деле больше, чем в былые годы. То же можно сказать и о числе погибших при поытке достичь Европы. По подсчетам Международной организации по миграции в Женеве, за первые 8 месяцев 2015 года более 2700 потенциальных мигрантов погибли в Средиземном море.

Невозможно игнорировать жесткие и широко распространенные изображения сотен тысяч мужчин, женщин и детей, пересекающих Средиземное море в полуразрушенных лодках, и последующих гуманитарных катастроф на воде.

Душераздирающие снимки утонувшего 3-летнего сирийского мальчика, которого вынесло на турецкий пляж, были размещены в печатной прессе и Интернет-изданиях по всему миру. Такие изображения, вызывающие сильное волнение, ежедневно создают крайне серьезные проблемы для Евросоюза, который уже борется с глубокой рецессией, продолжительной высокой безработицей, террористическими атаками, экономической и политической нестабильностью в Греции и вызовами европейской валютной системе. Они создали удобную политическую почву для набирающих силу популистских и антиевросоюзных партий и движений, которые возникли почти во всех 28 странах, входящих в ЕС. И они подняли волну  погромов в лагерях для мигрантов - более 200 случаев таких нападений зафиксировано в этом году в Германии. Канцлер Германии Ангела Меркель назвала эти действия “недостойными нашей страны”.

Трагический выбор, моральный риск

Раздумывая над ответами на эти вызовы, европейское руководство, правозащитники и авторитетные журналисты должны учитывать две важные концепции: трагического выбора и морального риска.

Недавнаяя массовая миграция создала сложную моральную дилемму для европейских сообществ - одну из тех, которую философы морали и теологи называют “трагическим выбором”. Это выбор, который создает конфликт абсолютных ценностей, через которые общество определяет себя - например, как распределить скудные ресурсы между большим количеством нуждающихся людей. 

Пара штанов и детское одеяло запечатлены на заборе рядом с пляжем, куда беженцы и мигранты прибыли на шлюпках, на греческом острове Лесбос, 14 сентября 2015 года.

Сейчас количество потенциальных мигрантов огромно. По подсчетам Управления верховного комиссара(УВК)  ООН по делам беженцев, к концу 2014 года около 60 млн человек были вынуждены покинуть места постоянного проживания из-за преследований, конфликтов и нарушений прав человека - что является зарегистрированным рекордом. Из них 20 млн классифицированы как “беженцы”. Есть все основания добавить к этому огромному количеству еще десятки или даже сотни миллионов тех, кого вероятно привлекла бы любая возможность уехать подальше от глубокой нищеты, голода или экологической катастрофы.

В мире, охваченном трагедиями, какой выбор следует сделать гуманистическим сообществам, чтобы распределить помощь среди потенциальных мигрантов? Обязаны ли они, в соответствие с международным законом и их собственными ценностями, принять всех, кто хочет приехать, невзирая на последствия? Должны ли они отдать приоритет тем. кто попадает под международное определение переселяющихся беженцев, над другими мигрантами? А если так, обязаны ли они принять всех тех 20 млн человек, которых считает беженцами УВК ООН? И если нет, то каким образом им следует решать проблему массовых людских потерь среди прочих беженцев, которые рискуют жизнью, чтобы получить доступ к европейским странам?

В острых спорах о подобных моральных дилеммах возникает серьезная путаница между юридическим определением и ежедневным использованием терминов “беженцы”, “соискатели статуса беженца” и “мигранты”. Эти определения даются во множестве источников. Достаточно сказать, что конвенция ООН 1951 года о статусе беженцев определяет “беженца” как лицо , оказавшееся за пределами страны его или ее гражданства, которое не может или не хочет “воспользоваться защитой этой страны… вследствие обоснованных опасений преследования по признаку расы, вероисповедания, национальности, принадлежности к определенной социальной группе или приверженности определенным политическим взглядам”. “Соискатель статуса беженца” отличается от “беженца” только георграфически - он уже въехал в страну, в которой он стремится получить статус беженца. Тех, кто получил такой статус, называют как “беженцами”, так и “невозвращенцами”, что вносит дополнительную путаницу.  В отличие от бытового использования, конвенция о статусе беженцев не квалифицирует людей, которые бегут из недееспособных государств, от конфликтов или бедственного экономического положения как беженцев или невозвращенцев, если у них нет обоснованных опасений преследований, базирующихся на вышеперечисленных признаках.  Но такие отчаявшиеся мигранты безусловно тоже заслуживают гуманного отношения.

Наряду с трагическим выбором европейские чиновники должны считаться с моральным риском.  Он возникает в финансовой или экономической сфере, когда льготы или гарантии, предоставленные правительствами или страховыми компаниями, имеют побочный эффект, подталкивая банки, корпорации и отдельных людей к неоправданным рискам - таким как высокий уровень использования кредитных средств через крупные займы. Это те риски, которых большинство благоразумно избегало бы при других обстоятельствах

Саму по себе международную  миграцию теперь следует рассматривать как явление с большой долей заемных средств. Каждый год миллионы людей мигрируют и законно расселяются на других территориях, но их количество мизерно, если сравнивать с куда большими массами потенциальных мигрантов, появившихся вследствие колоссального глобального экономического неравенства и распространения недееспособных государств и гражданских войн. Эти реалии в сочетании с почти что повсеместным доступом к современным СМИ и транспортным средствам означают, что альтернатива миграции в более мирные и процветающие страны становится все более популярной и привлекательной среди огромного количества людей, По одной из последних оценок, более 1 млрд из 7.3 млрд людей на планете сейчас живут менее, чем на $1.25 день.

При таком большом количестве мигрантов, готовых в любую минуту сорваться с места, даже небольшие изменения  в политике тех стран, которые видят как желанное место назначения, могут привести к огромному сдвигу в перемещении людей. Имеются ввиду достойные восхищения заявления о гуманном приеме мигрантов или политические изменения, направленные на то, чтобы предоставить миграционные компенсации отдельным группам. К этому можно добавить ложные стимулы, с которыми сталкиваются люди, попадающие под принятое ООН определение беженцев, но лишенные возможности получить визы, чтобы переселиться в качестве беженцев в какую-нибудь из европейских стран. С риском для жизни они могут решить проблему, заплатив контрабандистам за то, чтобы их перевезли в ту самую страну с целью попросить убежища. В действительности правительства некоторых стран ЕС официально заявили, что даже гуманитарные миссии по спасению на море способствуют тому, что все большее количество людей отправляется в такое рискованное путешествие. 


Источник: foreignaffairs.com





Doha news
Катарский министр по делам молодежи и спорта заявил в воскресенье, что Катар не будет брать на себя больше «лишних» обязательств в отношении иностранных рабочих, работающих на строительных площадках, связанных с проведением в 2022 чемпионата мира по футболу.
10:31 | 06.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!