Присоединяйтесь к нашим группам

Что означают военные маневры России в Сирии для Турции?

Что означают военные маневры России в Сирии для Турции?
Фото: Российский президент Владимир Путин (справа) и турецкий президент Тайип Эрдоган посещают церемонию в Москве 23 сентября.

Турция установила новые правила применения вооружения, чтобы бороться с Сирией. Но применит ли она их против российских самолетов, которые летают у границ с Турцией?
30 09 2015
15:33

Кадри Гульсер, колумнист Al-Monitor

 

В июле Турция приняла решение наконец-то открыть свои авиабазы возле Сирии и Ирака, включая Инджирлик, для возглавляемой США коалиции, которая борется с Исламским государством. что стало переломным моментом для региона. Это означало, что авиаудары коалиции по объектам ИГИЛ станут более эффективными и менее затратными.

 

В начале августа в Инджирлике разместилось первое подразделение из шести американских истребителей F-16. Спустя всего несколько дней в СМИ сообщили о прибытии шести российских истребителей-перехватчиков МиГ-31 (по кодификации НАТО: Foxhound) на авиабазу Меззе возле Дамаска. С тех пор военное присутствие России в Сирии продолжало расти, количество российских боевых самолетов достигло 28, включая истребители-перехватчики для ведения дальнего боя Су-27 (по кодификации НАТО: Flanker).

Говорят, что российские военное наращивание, подкрепленное авиационными ракетами класса “воздух-земля”, ударными вертолетами, “беспилотниками”, системами противовоздушной обороны, наземными средствами и большим количеством военнослужащих, преследует две цели: борьбу с ИГИЛ и предотвращение краха режима президента Башара аль-Асада. В этом смысле российская интервенция имеет куда большее влияние. Критически увеличив свои мощь и вес в сирийском соотношении сил и средств, Россия перевернула с ног на голову планы действий других игроков - и в особенности правящей в Турции Партии справедливости и развития (ПСР).

Включив воображение, можно предвосхитить то негативное воздействие, которое активность России окажет на политику Анкары в регионе. Вероятно, Анкара будет вынуждена отменить фактически закрытую для военной авиации зону, существующую вдоль приграничных районов с 2012 года. В июне 2012 года, после того, как турецкий разведывательный самолет был сбит системой противовоздушной обороны в Сирии, Анкара объявила о новых правилах применения вооруженной силы, включая перехват сирийских самолетов, которые приближались к турецкому воздушному пространству. До этого момента не было признаков того. что эти правила изменились. С лета 2012 года турецкие СМИ время от времени сообщали  о случаях, когда турецкие истребители взлетали с авиабаз, чтобы прогнать сирийские самолеты и вертолеты, которые летали “слишком близко” к границе.

Наибольшую выгоду из этих правил применения вооруженной силы извлекли поддерживаемые Анкарой исламистские организации, борющиеся с режимом Асада. Таким образом они получили эффективное авиационное прикрытие для своих военных и логистических операций в приграничных областях.

Теперь возникает следующий вопрос: будет ли Анкара придерживаться этих правил, если на крыльях самолетов, приближающихся к границе, будут российские звезды? Я предполагаю, что правила применения вооруженной силы не станут задействовать против российской авиации, таким образом отменив фактическое воздушное прикрытие для повстанцев.

Точно так же с момента российской интервенции абсолютно бессмысленным стало намерение Анкары создать безопасную зону вдоль всей протяженности границы с Сирией, от Джараблу до Азаза. Первое необходимое условие для такой зоны - предотвращение полетов сирийской авиации над выделенной областью, что естественно требует использование воздушных сил. Таким образом, российское развертывание истребителей-перехватчиков в Сирии можно объяснить лишь одним стремлением: главным образом сдержать Анкару. Другое объяснение вряд ли возможно, учитывая, что джихадистские организации, подобные Исламскому государству, Джабат аль-Нусре и Ахрар аш-Шама, не располагают военно-воздушными силами.

Проблема президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана коренится в его приоритетах, которые отличаются от приоритетов коалиции.  Возможно, Турция и открыла свои авиабазы, чтобы авиаудары коалиции по Исламскому государству стали более эффективными и менее затратными, но это не значит, что борьба с  ИГИЛстала задачей номер один для Эрдогана и его премьер-министра Ахмета Давутоглу. Для этих двоих Исламское государство не является и никогда не было приоритетом - мы знали это давно. Например, Эрдоган тянул до 25 сентября 2014 года, чтобы в конечном итоге признать ИГИЛ террористической организацией.

Для пары Эрдоган-Давутоглу использование турецкий авиабаз против ИГИЛ было заранее обусловлено единовременной целью - сменить режим в Сирии, что, в свою очередь, повлекло бы за собой создание и усиление безопасной зоны, которую они отстаивали с 2012 года. Итак, что же заставило их в конечном итоге подписать в июле сделку об авиабазах - после месяцев упорного затягивания?

Решение было продиктовано тремя причинами, и ни одна из них не выдвигает ИГИЛ на передний план.

Первая: силы курдской партии “Демократический союз” (ДС) , обеспеченные авиационным прикрытием, в июне захватили приграничный город Тель-Абьяд, прогнав оттуда ИГИЛ. Дуэт Эрдоган-Давутоглу встревожился, что, чем дольше они будут откладывать сотрудничество с коалицией против ИГИЛ, тем больше территорий ускользнет из-под их ног, в то время как ДС, родственная организация турецкой Курдской рабочей партии (КРП), окрепнет в союзе с коалицией.

Турция выступает против того, чтобы  ДС продвинулся от Кобани до западных берегов Евфрата, содействуя изгнанию ИГИЛ из Джараблу. И это еще один фактор, заставивший Анкару открыть авиабазы. Все же, лишь время покажет, сможет ли Анкара удержать  ДС в Кобани, учитывая, что Соединенные Штаты намерены оборвать все наземные связи между ИГИЛ и Турцией, чего не смогли добиться турецкие правительственные войска.

Вторая причина: в июне под угрозу ИГИЛ попал путь подвоза из турецкого приграничного города Килис в Алеппо - жизненно-важный элемент в поддержке политики Анкары по смене режима. Область, простирающаяся от границы Баб аль-Салама до Алеппо, контролируется группами повстанцев, которых официально поддерживает Анкара.  Правительству ПСР нужно сохранить доступ к Алеппо, а иначе его честолюбивые замыслы в Сирии станут совершенно неоправданными. Таким образом, в свете продвижения ИГИЛ к восточной части маршрута,  допуск коалиции к использованию турецких авиабаз стал настоятельной необходимостью.

Третья причина:  ДС - основным поставщиком и сторонником которой является КРП - проявила себя как единственный надежный союзник Соединенных Штатов в борьбе с ИГИЛ в Сирии. Подстегиваемая внутренними политическими соображениями, Анкара возобновила войну с КРП, ослабляя единственного союзника США в регионе. В этих условиях было бы очень неразумно держать авиабазы закрытыми для самолетов коалиции. Другими словами, базы были предоставлены возглавляемой США коалиции в качестве некой “взятки за молчание”.Вашингтон утверждает, что он не санкционировал нападение Анкары на КРП,отрицая любые прямые или косвенные “основания” для сделки по вопросу КРП. Тем не менее, в этом уравнении Анкара действует сообразно своей логике, независимо от категориальных установок США. 

Соединенные Штаты в целом довольны решением Анкары открыть базы. Говорят, что с весны Турция более активно содействует борьбе с ИГИЛ. Также, США поддерживает ДС исключительно в рамках борьбы с ИГИЛ и не снабжает партию оружием или амуницией.

Остановить ИГИЛ остается главной задачей США. Если бы Турция разделяла намерение коалиции ослабить и уничтожить ИГИЛ в качестве приоритетной цели, на нее бы не оказало существенного влияние выступление России против ИГИЛ и на стороне Дамаска. Для пары Эрдоган-Давутоглу, по указанным выше причинам ИГИЛ представляет нарастающую угрозу, но не задачу номер один.

Проблема и задача Турции номер один на сегодняшний день - это КРП, с которой она воюет с тех пор, как в июле закончился двухлетний режим прекращения огня. Однако для Соединенных Штатов сирийский собрат КРП - “Демократический союз” -является не проблемой, а одним из ключей к ее решению, Свержение Асада перестало быть приоритетом США с тех пор, как Исламское государство превратилось в угрозу регионального масштаба.

Теперь, когда российские военные действия уравновешивают достижения, которых в этом году добились другие джихадитские группировки в Идлибе на севере и Даре на юге, приоритетная цель Анкары - свергнуть Асада - стала еще более недостижимой. В конечном итоге, действия России означают, что Анкаре придется довольствоваться гораздо меньшим, чем то, на что она рассчитывала, позволив коалиции против ИГИЛ использовать ее авиабазы. 

ИГ является террористической организацией, её деятельность запрещена на территории России.


Источник: usnews.com





Contra Magazin
Китайский юань с октября этого года является частью валютных резервов МВФ. Даже, несмотря на это, валюта Китая уже давно начала играть все более важную роль в мире и уже имеет достаточный потенциал, чтобы заменить доллар в качестве основной мировой валюты.
13:40 | 06.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!