Присоединяйтесь к нашим группам

Что значить быть «сильным» по мнению Обамы

Что значить быть «сильным» по мнению Обамы
В неоднозначном интервью на «60 минутах» президент защищал свою политику на Ближнем Востоке после вмешательства России в ситуацию в Сирии.
14 10 2015
08:32

Мэтт Форд, редактор новостей «The Atlantic».

Любой, кому в детстве приходилось драться, знает, что нет никого слабее, чем сам забияка. Международная политика, естественно, более сложная вещь, но не намного.

Во время продолжительного интервью со Стивом Крофтом на телешоу «60 минут», вышедшем в воскресенье вечером, Президент Обама попытался объяснить, почему демонстрация силы Владимиром Путиным в Сирии и в Украине на самом деле является демонстрацией слабости. Обама предостерег США от повторения такой же ошибки.

Крофт начал беседу с замечания о том, насколько мир изменился со времени их последнего интервью и как это отразилось на внешней политике США.

«Год назад, когда мы делали наше интервью, США и Россия занимались «бряцаньем оружием» на украинской границе. Сегодня то же самое происходит в Сирии. Год назад Вы говорили, что США - Америке принадлежит ведущая роль. Мы – незаменимая нация. По всей видимости, господин Путин решил оспорить это лидерство».

Обама просит пояснить, и Крофт поясняет: «Он ввел войска в Сирию – это раз. Он высадил вооруженный контингент. Во-вторых, Россия проводит военные операции на Ближнем Востоке в первый раз со времен окончания Второй мировой войны, нанося бомбовые удары по людям, которых мы поддерживаем».

На что Обама отвечает:

«Это и означает «ведущая роль», Стив? Позвольте задать Вам этот вопрос. Когда я приступал к исполнению обязанностей, Украину возглавлял президент-коррупционер, являвшийся марионеткой господина Путина. Сирия оставалась единственной союзницей России в регионе. Сегодня, вместо того, чтобы рассчитывать на свои силы и поддерживать свою военную базу, которая существует в Сирии уже на протяжении многих лет, господин Путин направляет свои войска, свой вооруженные силы лишь для того, чтобы поддержать висящего на волоске от гибели своего единственного союзника».

В вопросах восприятия развития международных событий между Обамой и Путиным понимания еще меньше, чем между Обамой и его критиками. Оба мировых лидера были свидетелями того, как за 2 года Москва потеряла двух ближайших союзников: Украину после революцию и Сирию после гражданской войны. Обама воспринимает последние действия Путина (захват территорий в Крыму и на Донбассе и воздушную бомбардировку позиций сирийских повстанцев поддерживаемых США) как отчаянную попытку повернуть вспять поток, сметающий на своем пути российские интересы.

Многие из критиков Обамы высказывают иную точку зрения: военное присутствие России в Сирии – это демонстрация силы, а инертное бездействие Белого Дома – это демонстрация слабости. Крофт умело объединил обе интерпретации происходящего в следующем обмене репликами:

«Распространено мнение на Ближнем Востоке среди наших советников и даже среди наших союзников, что США отступили, что мы вывели наши войска из Ирака, а Исламское государство заняло их место и захватило большую часть территории. Ситуация в Афганистане тоже нестабильная, опять укрепляется «Талибан». И Исламское государство контролирует уже большую часть Сирии».

После неоднократного прерывания одного другим, во время которого Крофт упомянул о том, что критики Обамы утверждают, что президент «излучает слабость, а не силу», Обама привел примеры, направленные против этих самых анонимных критиков, упомянув своих оппонентов по Республиканской партии. «Логика возможного американского вмешательства в Сирии, - доказывает он, - изначально связана с войной в Ираке, и ее продолжающееся обсуждение свидетельствует о том, что многие так и не усвоили полученные уроки того конфликта».

«[Есть республиканцы], которые думают, что если мы направим бесчисленное множество войск на Ближний Восток, что единственным свидетельством силы является отправка сотен тысяч военнослужащих, что мы должны насильно установить мир, навязать его и взять на себя полицейские функции в регионе, а тот факт, что у нас будут очередные смерти военнослужащих США, тысячи погибших, тысячи раненых, что мы потратим очередной триллион долларов – в этом проблемы для них нет. Есть люди, которые хотят, чтобы мы это сделали. И если мы этого не сделаем, они обвинят нас в трусости и отступлении».

Затем Обама пытается указать на разницу между реальностью в международных отношениях и восприятием происходящих в мире событий. США, по утверждению Обамы, являются самым влиятельным игроком на Ближнем Востоке, какой бы меркой это не измерялось: дипломатические союзы, экономическое влияние, военная сила, культурное влияние и т.п. Но на фоне расширения Исламского государства и одностороннего вмешательства России в дела Сирии с целью спасти режим Асада кажется, что США больше не являются сильным игроком. Для некоторых критиков эти события представляются атакой на «ведущую роль» США, заимствуя их терминологию, и отказ администрации Обамы от ответного применения военной силы свидетельствует в лучшем случае - о недостатке «силы», и в худшем - о проявлении недопустимой «слабости».

Возникает два момента. Первый:  подобное мышление зеркально отражает действия Путина, предпринятые им при угрозе интересам его страны: действия международного конкурента угрожают его традиционной сфере влияния, и эти действия должны быть пресечены с применением силы. В Украине это был революционный Евромайдан, угрожавший навсегда вырвать Киев из орбиты Москвы; в Сирии это была передача вооружения и техники США повстанцам, воюющим с Асадом. В качестве ответа Путин в прошлом году аннексировал Крым, что привело к катастрофическим последствиям для экономики России, а  в этом году пытается любой ценой спасти режим Асада.

Второй момент: нет никаких оснований утверждать, что военное присутствие США в Сирии будет более успешным, чем военные операции в Ливии и Ираке, закончившиеся плачевно. В обоих случаях, военное вмешательство США еще больше усугубит и дестабилизирует ситуацию в регионе, вместо того, чтобы разрядить ее. В связи с тем, что негативное отношение к широкомасштабным военным операциям уже однажды помогло Обаме стать президентом в 2008 году, не удивительно, что он до сих пор относится скептически к их эффективности.

«[Если] единственным выходом для нас остается отправка еще 100 тысяч или еще 200 тысяч солдат в Сирию, или опять в Ирак, или, возможно, в Ливию, или, возможно, в Йемен, и нашей целью теперь является задача быть не «региональной полицией», а даже стать правителями этого региона, то это очень плохая стратегия, Стив. И я убежден, что если мы еще раз совершим подобную ошибку, то не оберемся стыда».

Отвечая на вопрос, есть ли в сегодняшнем мире безопасное место, Обама ответил, что безопасное место – это Америка.

“Я думаю, что существуют места, очевидно, подобные Сирии,  которые не стали безопаснее с тех пор, как я приступил к обязанностям президента, - заметил он, прежде чем перейти к обсуждению его многостороннего подхода. - Однако, говоря о нашей защите от терроризма, говоря о нашей уверенности в прочности наших союзов, говоря о нашей репутации в мире – мы сильнее всех, без всякого сомнения».

ИГ является террористической организацией, её деятельность запрещена на территории РФ.


Источник: theatlantic.com





Contra Magazin
Китайский юань с октября этого года является частью валютных резервов МВФ. Даже, несмотря на это, валюта Китая уже давно начала играть все более важную роль в мире и уже имеет достаточный потенциал, чтобы заменить доллар в качестве основной мировой валюты.
13:40 | 06.12.2016
close Не показывать больше
Теперь читать новости на мобильном телефоне стало ещё удобнее
Скачай новое приложение obzor.press и всегда будь в курсе последних событий!