Присоединяйтесь к нашим группам

Алексей Венедиктов: Украина может вернуть Крым только военным путём

Алексей Венедиктов: Украина может вернуть Крым только военным путём
Главный редактор "Эхо Москвы" поделился своим видением ситуации.
22 01 2017
04:29

С.Бунтман― Добрый день! Алексей Венедиктов, главный редактор персонально ваш. Алеша, добрый день.

А.Венедиктов― Добрый день.

С.Бунтман― Сергей Бунтман – ведущий. Давайте сразу к Трампу. Он вчера инаугурировался. И какова же эволюция отношения? Изменилась как-то реакция российского истеблишмента политического на избрание Трампа и на фигуру эту?

А.Венедиктов― Если судить по последним двум дням – мы видели интервью, которое пресс-секретарь Владимира Путина Владимир Песков дал ВВС, пресс-секретарь МИДа Мария Захарова дала «Эху Москвы», — мы видим, что никаких ответов нет. Наблюдается, на мой взгляд, определенная растерянность, потому что, во-первых, стало очевидно, что российская власть не ожидала избрания Трампа; может быть, хотела и надеялась – это может быть, но не ожидала и не была готова. Более того российская власть посредством российского телевидения представляла такого Трампа как вице-президента господина Путина по международным делам. Ну, и не получается. Поэтому слова: «Мы не знаем…, мы подождем…, мы посмотрим…, мы посмотрим, как он будет действовать…, пусть объяснит, пусть выскажет…, пусть создаст команду…».

Ну, послушайте, если мы говорим о долгосрочном планировании внешнеполитического действа, то мне казалось, что мы должны были быть готовы, даже если президентом был избран представитель экологической партии. Оказалось – неготовность.

Для меня это самое главное – выжидание: с одной стороны… с другой стороны. Вот мы знаем, что Порошенко договорился с Трампом о встрече в феврале. Мы знаем, что Тереза Мэй встретится с Трампом на следующей неделе или рассчитывает встретиться – идут переговоры. У нас никак телефонный разговор не могут провести. Мы готовим телефонный разговор… сначала.

Я все-таки рассчитываю, что первый контакт произойдет в конце февраля на Мюнхенской конференции. Неизвестно, правда, кто из американской администрации поедет туда. Но я напомню, что «мюнхенская речь Путина»...

С.Бунтман― Ну да.

А.Венедиктов― В прошлом году делегацию возглавлял премьер-министр Медведев, в позапрошлом году – глава администрации президента Сергей Иванов. Я думаю, что будут смотреть, кто из новой администрации утвержденной: или госсекретарь – тогда Лавров, вице-президент Пенс – тогда кто? Вайно? Кто тогда для контакта на уровне вице-президента? Кто у нас на уровне вице-президента? Тот же Медведев?

С.Бунтман― Медведев.

А.Венедиктов: Российская власть посредством ТВ представляла Трампа как вице-президента Путина по международным делам

А.Венедиктов― Совершенно справедливо. Там Матвиенко… я не знаю…

С.Бунтман― Матвиенко.

А.Венедиктов― Матвиенко или Володин. А если поедет сам? Я вчера забронировал себе гостиницу, поскольку я аккредитован, как обычно, на Мюнхенскую конференцию по безопасности. Там нет мест уже вообще нигде, в этом городе… То есть, я думаю, что передовая американская группа уже там. Они сами не знают, кто полетит, но там… Но там может произойти контакт. Там обычно и происходит. Это такой форум, где контакты неформальные. Все живут начальники в одной гостинице и там на завтраке встречаются в тапочках. Но, на самом деле, это такая вещь технологическая.

Вопрос о назначении нового посла. Понятно, что господин Теффт уезжает. И здесь будет, скорее, американское назначение политическое, и мы это видим, чем назначение кадрового дипломата. Возможно. Вопрос, кто поедет послом в США, какой уровень может быть российского посла в США с тем, чтобы этот человек мог напрямую выходить, естественно, на Путина. На сегодняшний день таких людей в моем представлении двое: это Юрий Ушаков, нынешний помощник президента, который был уже послом в США и Дмитрий Песков, нынешний пресс-секретарь президента. Но пока никаких сигналов нет, кроме того, что замминистра обороны господин Антонов был переведен замминистра иностранных дел. Может, он поедет?

С.Бунтман― Антонов. Интересно.

А.Венедиктов― Да, интересно. Он до этого тоже в МИДе работал. Это все вторичные знаки. Знаешь, вторичные признаки «преступления», что называется, непрямые…

С.Бунтман― Но прямых нет улик.

А.Венедиктов― Прямых улик нет и нет показаний, каким образом будет действовать администрация США и как Россия к этому готова. Например, вчера уже сенат утвердил две ключевые фигуры в администрацию президента Трампа. Один из них – это «Бешеный пес» генерал Мэттис. Передачу о нем мы делали в программе «49 минут».

С.Бунтман― Это которого «отковыривали палец от курка»?

А.Венедиктов― Это которого «отковыривали палец от курка». Это человек, который всегда занимал – не только чтобы сделать хорошо сенату — очень жесткую позицию в отношении России. Просто говорил, что это угроза. Говорил до и говорил во время. Значит, голосование, которое почему-то у нас нигде не приводится: 98 сенаторов – за, один – против. Понятно, да?

Второй утвержденный — генерал Келли, который стал министром внутренней безопасности, который на слушаниях в сенате говорил, что Россия стоит за хакерскими атаками и так далее: 88 сенаторов – за, 11 – против. То есть это двухпартийные кандидаты. Надо просто понимать и следить за этим. Все говорят: «А вот они сказали, чтобы понравиться сенату». Ан шаг назад – когда они еще не были кандидатами, не хотите изучить: их профессию, кто где воевал, кто против кого воевал? Они же все морпехи. Против кого они воевали там-сям, пятое-десятое?

В общем, на самом деле, конечно, я повторюсь, и все мои эти разглагольствования, они связаны с тем, что это правда, что российский истеблишмент не знает, как поведет себя Трамп, просто не знает. И поддержка, медийная во всяком случае, Трампа и желание после его избрания некоторых руководителей каналов ездить с американскими флагами по Москве заключалось в этом незнании. Было желание завалить Хиллари, которую называли русофобкой. И Мария Захарова, сидючи здесь, на моем месте сейчас, — а я сидел на твоем вчера,— говорила о том, что Хиллари русофобка. Я не понимаю, где. Я перечитал ее мемуары, я почитал, что она делала… — «Вот второй обамовский срок, вот это всё…». Я говорю: «Второй обамовский срок – это Керри. Хиллари ушла после первого обамовского срока». Секундочку – э-э! – мы ничего не забыли? Нет, нет? – что Хиллари с 13-го года не госсекретарь? Нет, ничего?

С.Бунтман― А в голову не приходит, что при этом делала Россия еще.

А.Венедиктов― Не-не, это я вообще…. Министерство иностранных дел отвечает за другое…

С.Бунтман― За иностранные дела, извините, пожалуйста…

А.Венедиктов― Это можно разобрать, на чем сломались отношения. И, кстати, мои разговоры с разными людьми — и американскими и российскими – показывают, что все-таки личные отношения Путина и Обамы сломались на Сноудене. Они сломались на Сноудене, и у меня тому есть объяснения на истории со Сноуденом. И это, с одной стороны, трагическая случайность. Это был разговор двух «глухонемых», как я понимаю, по этому вопросу. Это как раз на разном языке. Потому что, насколько я понимаю из общения с окружением одного и другого, каждый по-разному понял взятые обязательства другого. Понятно, да? То есть Обама понял, что Путин выдворит Сноудена из страны, а Путин понял, что Обама этого не просит. И вот эта история поломавшаяся на этом, что «ты меня обманул». Нет доверия, на этом сломалось доверие. 13-й год.

С.Бунтман― Все-таки Сноуден.

А.Венедиктов― Нет, личное доверие – Сноуден. Я в этом абсолютно уверен. Это до всякой Украины. Конечно, первый удар политический был – это «закон Магницкого» в обмен на «закон подлецов», закон об усыновлении, о запрете усыновления американскими семьями детей-сирот. Это чистый обмен, это чистый пакет. И не надо тут ничего придумывать. Тому есть документы, которые были направлены в Государственную думу. Это связка «закона Магницкого» и запрета на усыновление…

С.Бунтман― То есть запрет на усыновление – это ответ на «список Магницкого».

А.Венедиктов― Да, да. Это, конечно, политический слом был.

С.Бунтман― Вот здесь давайте заметим… Я напоминаю, Алексей Венедиктов… Давай заметим, потому что шевеление вокруг «закона подлецов» пошло какое-то.

А.Венедиктов― Нет, шевеление, оно пошло еще до выборов, когда администрация предложила отменить этот закон в ответ на обмен, в частности, «закона Магницкого». Это было официальное заявление высоких должностных лиц Российской Федерации: «Просто вот вы отмените «закон Магницкого» — мы отменим вот этот закон о запрете на иностранное усыновление». Это было в этом году, в 16-м году, в начале, по-моему, в прошлом в смысле, за 9 месяцев до выборов. Поэтому никаких сомнений в этом нет.

Сейчас этот закон, особенно после решения ЕСПЧ – история с ЕСПЧ, насколько я понял, заключается в этом – это не по отмене закона об усыновлении, «закона подлецов» так называемого, «людоедского закона», а о том, что процесс усыновления 45-ти семей, 27 детей уже пошел, он уже шел – в этом время был принят этот закон, вошел в силу – он был прерван. То есть закон получился обратной силы. Уже процесс пошел. Это не про отмену…

Но сейчас уже эти дети… прошло три года, четыре, там все изменилось уже. Несколько детей все-таки нашли своих родителей, там из Владивостока, в частности (видимо, почта долго шла с законом). На самом деле, решение ЕСПЧ по этому – это не в 3 тысячи евро штрафа, это в том, что закон поимел обратную силу – вот это решение ЕСПЧ. Закон не может иметь обратной силы, как известно. Посмотрим, а что теперь. А что теперь? Дети выросли. Некоторые умерли, наверное. Сейчас будем список делать.

Мы вчера говорили с госпожой Захаровой здесь, в эфире «Эха» и затем за эфиром. Мы разговаривали полтора часа с Марией Владимировной, которая превратилась в Машу сразу, про этот закон. И я понимаю, что это не вопрос МИДа, а это вопрос администрации президента, безусловно. Они был инициирован. Мы помним, что МИД возражал и направил Лавров негативное заключение по поводу этого закона, но, тем не менее, политическая воля президента, она преодолела всё.

И это, правда, не вопрос МИДа, но мы очень долго говорили по поводу этого российско-американского соглашения, подписанного тем же Лавровым за год до этого. В общем, это станет сейчас товаром для размена, но уже не для тех детей, которые выросли, естественно, и тех родителей, которые ждали три года, а вообще. Ну вот, за этим надо будет наблюдать.

С.Бунтман― Тем более, когда Валентина Матвиенко выступала по этому поводу, она как-то очень серьезно вторгалась в систему юридическую США и говорили, что условия приведение в соответствия законов штатов с некими федеральными законами…

А.Венедиктов: Мы должны быть готовы, если президентом был избран представитель экологической партии. Но – неготовность

А.Венедиктов― История в том, что история усыновления и соцслужб — это в компетенции каждого отдельного штата, вот этих 50-ти штатов разных. И поэтому федеральное соглашение, которое было подписано между Российской Федерации и США за год до этого – неплохое соглашение – оно не могло войти в силу без акцептации штатами. Там всюду разные законы, они разные все.

Ну, и условия изменения внутреннего законодательства США, нарушение федеративного принципа по этому закону. Мне кажется, я понимаю чисто теоретический подход Валентины Матвиенко и ее аппарата, но это практически невозможно. Это значит – вот мы говорили вчера с Машей – это значит: «Вот усыновили – всё! — это мои дети». Приезжают хоть американские чиновники, хоть российское посольство ко двору – там, где усыновленный живет ребенок – родители говорят: «Идите вы отсюда! Вы на каком основании вторгаетесь в мою частную жизнь? Это частная жизнь, защищенная Конституцией. Это мой ребенок. Он не приемный, — этого нет понятия, — это мой ребенок. Гражданин он России, не гражданин – это мой ребенок. Идите, а то собаку спущу!» И не важно, приезжает это президент Обама или президент Путин. Надо понимать. Идите, господа президенты, гуляйте отсюда. В этом устройство…

А если есть сведения о том, что с ребенком обращаются плохо, только соцработник, который находится в системе муниципального управления, может туда войти. Так устроена эта страна. Для защиты ребенка, кстати.

С.Бунтман― Ну да. Здесь одно из условий – это то, что давайте переделаем эту страну.

А.Венедиктов― Условие будет не про это. Условие будет про Украину, про Сирию. И вот тогда все эти возражения, Сережа, исчезнут сразу. Вот сразу исчезнут – про страну, про соглашения – сразу! Плевать мы хотели.

С.Бунтман― Наше человеколюбивое руководства – ну, та часть, которая все это и затевало, — оно считает детскую карту очень сильной в своем диалоге.

А.Венедиктов― Эффективной. Потому что в Америке об этом писали больше, чем в России. Я напомню, кстати, что это решение декабря 12-го года, первое такое при Владимире Путине-3, грубо говоря, третьем мандате – вот эта история была, как пресс-конференция Трампа последняя, когда 8 журналистов, не сговариваясь – и мой журналист Инесса Землер там участвовала в этом – не было никакого флэш-моба. Первым задал вопрос Колесников из «АиФ», который сам является отцом-усыновителем. И дальше понеслось! А почему понеслось? А потому что ответы Путина не удовлетворяли этих людей, потому что это задевало огромное количество народу, которое сидело в зале, эмоционально: есть у них дети, нет у них детей. «Нет, Владимир Владимирович, не понимаем, извините. Не устраивает, еще раз объясните». И вот эта история 12-го года, она наст затронула нормальных людей – журналисты это нормальные люди: «Как так? Мы не понимаем. Ну, вы великий, хорошо. Но мы не понимаем, что это за людоедство». Именно так.

С.Бунтман― Скажи, пожалуйста, все-таки какова реальность того, что пойдут на сговор с шантажистами?

А.Венедиктов― Я тебе как Песков скажу: откуда я знаю? Откуда я знаю господина Трампа? И даже не господина Трампа – там будет институция работать. Господин Трамп может, как он это сделал вчера, заменить в своем Овальном кабинете: внести бюст Черчилля и убрать бюст Мартина Лютера Кинга. Ну как? Он поставил бюст империалиста вместо бюста своего гражданина – сильное решение. Представь себе не секунду.

С.Бунтман― Ну ладно– не Гитлера все-таки…

А.Венедиктов― Нет, не Гитлера, не-не. На самом деле, одно другому не мешает. Мог бы это оставить. Но не важно. Это он может. Он может подписать указ о начале компании об отмене Обамакэр, он может подписать указ о начале исследования и развития вот этих самых… сланцевого газа, и он подписал их. Но дальше вступает конгресс.

Для того, чтобы понимать, как действует эта система – это история с Гуантанамо. Обама в течение двух своих сроков, то есть 8 лет 6 рез вносил разные бумаги на закрытие Гуантанамо. Причем демократы и республиканцы. Блокировал это решение. Он указ подписывал – а конгресс его ветировал. Он не мог преодолеть это вето. То есть он не могу закрыть федеральную тюрьму на базе в вооруженных сил США. Он не мог это сделать. То есть указом может, а дальше…

С.Бунтман― Он верховный главнокомандующий.

А.Венедиктов― Он верховный главнокомандующий. И сейчас, уходя, он оставляет Трампу базу Гуантанамо. 61 человек там остается. Хотя, когда он пришел, там было, по-моему, 200 с чем-то. Ему удалось кого-то отдать, кого-то освободили, кого-то передали в страны…

Надо понимать, что с Трампом то же самое. И когда министру финансов – ключевая фигура, которая вводит санкции – задали вопрос про санкции, вот кандидат в министры финансов имени Трампа, он сказал: «Я – за. Надо сохранить все санкции». Подожди, Трамп же сказал!.. – Не знаю, я – за. Потому что вводит санкции министр финансов по ордеру без конгресса. Он же может отменить – это правда, если нет конгресса. Но в конгресс внесли закон о санкциях против России, уже двухпартийный закон. Вот эти самые – 98.

То есть, надо понимать, что да, Трампа изучать надо, но надо изучать каждого члена кабинета, я сейчас в своем Инстаграме опубликовал картинку «Кабинет Трампа» с людьми разным. Посмотрите, поинтересуйтесь. Это такое зрелище не для слабонервных.

С.Бунтман― Да. Надо посмотреть. Здесь хороший вопрос задают: «А насколько Трамп предсказуем для американского истеблишмента?»

А.Венедиктов― Ну, конечно, непредсказуем. Но, что интересно, его предложения в кабинет оказались предсказуемыми. Люди, которых он предлагает в свой кабинет, в свою администрацию, в свое правительство – надо напомнить, что американский президент является главой правительства, в том числе: он и председатель правительства и президент, и верховных главнокомандующий – это все люди… да, большинство из них не имели опыта государственной работы (это в той схемке, которую я опубликовал, есть), но все эти люди известны, они все из истеблишмента, они всех знают.

Четыре человека представляют Goldman Sachs компанию. Тиллерсон – человек крайне известный, лоббист нефтяной отрасли. Мэттис — министр обороны. Помпео – сенатор, который будет начальником ЦРУ – это всё люди известные, это всё люди статусные, это люди из истеблишмента. И что бы Трамп не говорил – «мы взяли власть, чтобы отдать ее народу» — все люди Вашингтона, имея в виду, что это все люди, которые имеют огромные связи в Вашингтоне, которые знают, как управляется либо огромная корпорация, либо государство.

А.Венедиктов: Вопрос, кто поедет послом в США, какой уровень может быть, чтобы человек мог напрямую выходить на Путина

Генерал Мэттис – человек абсолютно вконструированные в государственный аппарат – нынешний министр обороны.

Предсказать конкретную фигуру, наверное, было невозможно, но сейчас, когда будет сформирована команда, в чем я согласен с Песковым и Захаровой абсолютно, — эти люди не неизвестные люди, не вытянутые черт знает откуда, какие-то из компании Трампа. Даже господин Кушнер, который является старшим советником президента Трампа, его зять, на самом деле, он очень хорошо известен в лоббистских кругах в Вашингтоне и является одним из таких людей, которые представляют произраильское лобби в Вашингтоне. И заявление Трампа о возможном переносе посольства из Тель-Авива в Иерусалим – это, конечно, взрывная бомба, и к нему сейчас пишут всякие Меркель и Олланд: «Не надо! Взорвете на хрен всё!»

С.Бунтман― Это такой еще маятник по сравнению с Обмой.

А.Венедиктов― Ну, смотри, я думаю, что Трамп считает себя настолько великим, что он еще где-нибудь недели две поколготится по Обаме, как Мария Захарова колготилась тут по Клинтон. Когда я ее спрашивал, что дальше, она говорила: «А вот Клинтон когда-то что-то…». Клинтон – ее уже четыре года нет как госсекретаря. Керри хороший – вы слышали вчера? — Керри не русофоб, а Хиллари… А что же тогда при нерусофобе Керри отношения так испортились, а при русофобке Клинтон были замечательные?

С.Бунтман― Это наследие, как в «лихие 90-е», знаешь?

А.Венедиктов― Да-да-да.

С.Бунтман― Скажи, пожалуйста, две все-таки вещи Трамп из своей предвыборной риторики собирается сделать – это Тихоокеанское соглашение отменять и стенку строить с Мексикой?

А.Венедиктов― Смотри, у него взгляд – это реваншистский взгляд 20-го века. Он там был сформирован. Напомню, что ему в этому году исполнилось 70 лет. Это не к тому, что он старый, он еще ого-го какой крепкий, как мы знаем из некоторых секретных докладов. Но, на самом деле, вот… «давайте покупать американское, давать американцам…, давайте делать закрытое общество» — не работает сейчас. Не работает. И ему объясняют, что тогда товары и услуги для американцев будут стоить дороже.

И эти люди, которые пришли вокруг него в его экономический блок, они все космополиты. Предложи Тиллерсону: «Давай Exxon Mobil. уйдет внутрь Америки…». Да, сейчас прям побежали! Вот все собрали, штаны подтянули – и прямо побежали!

С.Бунтман― Добывать нефть, добывать газ, делать машины…

А.Венедиктов― Только там это все дороже. Экономика так не работает. Но его изоляционистские взгляды – вот покупай американское… – а что там американское? А что там американское, понимаешь? А ты сам внук шотландца, ты, вообще кто здесь? Сейчас ему напомнят.

Поэтому, на самом деле, да, стена может быть эффективной в борьбе с эмиграцией, но извини меня, практически около Ла-Манша французы построили стену практически, потому что это борьба с нелегальной эмиграцией. Но это вопрос. Да, бороться с нелегальной эмиграцией нужно – отличная тема. Но никто из-за американских президентов за последние 20 лет – республиканские Буши, демократические Клинтоны и Обамы – не могли найти эффективного способа, как бороться с нелегальной эмиграцией, просто не могли найти. Стена – один маленький элемент.

А.Венедиктов― У меня каждую неделю новый аспект этого замечательного доклада Кристофера Стила. На этой неделе я изучал персонаж автора доклада Кристофера Стила. Доклад про Трампа в 13-м году в Москве. Я уже рассказывал в прошлом «Персонально ваш» о статусе этого документа. А на этой неделе я пытался среди своих знакомых, тех, которые знали Стила, сделать какой-то вывод для себя. Вы будете смеяться, но у него очень мощная репутация в разведывательном сообществе российском, английском, российском и американском.

Этот человек, чтобы можно было себе представить, он, действительно, в Москве работал очень недолго, он в Москве работал в 92-м году полтора года в качестве советника в английском посольстве, но он уже был представителем разведсообщества, естественно. Он довольно долго работал в Париже как разведчик тоже в посольстве. Он работал в Ираке и Афганистане – не хухры-мухры. Он работал в Министерстве иностранных дел Великобритании как прикрепленный сотрудник. Это человек с очень сильной репутацией.

И, что самое главное, может быть, самое интересное, основу доклада по коррупции ФИФА делала эта фирма под его руководством. Вот первый доклад во возможности коррупции, по делу, которое привело к арестам и отставкам 18-ти человек, в том числе, отставки Блаттера – в основе этого лежали документы этой британской компании Orbis Business Intelligence, которые Кристофер Стил делал. То есть его репутация… то, что его Лавров называл беглым мошенником – это введение в заблуждение. Да, он беглый, безусловно, потому что, когда вы бросаете вызов двум самым могущественным людям в мире – президенту США, уже избранному, и президенту Российской Федерации, чьи противники могут гибнуть, исчезать и так далее – то, конечно, он пустился в бега, кстати, вместе с женой и детьми.

Ну вот, собственно, Кристофер Стил, повторяю еще раз, это человек, с очень серьезной репутацией. Кстати, они участвовал в расследовании гибели Литвиненко, будучи руководителем этой компании. И многие материалы, которые затем английский судья использовал в своем заключении, это были материалы, в том числе, отработанные и собранные этой компанией.

С.Бунтман― Так, вырисовывается! Интересно.

А.Венедиктов― Поэтому, если мы выведем некие экзотические сюжеты… Кстати, всюду на этом докладе стояло слово «необработанные разведанные» или «непроверенные разведданные». Так вот, если мы выведем экзотику, скажем, политические выводы и слухи, хотя, вы знаете, когда на какого-нибудь политического деятеля что-то собирают – собирают слухи тоже спецслужбы. Я тебе могу сказать, что, условно говоря, прежде чем назначить человека на пост министра – могу тебе рассказать, как работает кадровая служба Кремля с участием разведки и контрразведки – они собирают, потом проверяют все сведения, все данные, все связи… Человек, который попадает в категорию допуска к гостайне проверяется очень сильно разведсообществом и докладывается, естественно. Поэтому ничего удивительного в этом нет.

Только если мы уберем экзотику в виде писающих девочек, то не влияет на суть доклада или то, что этим занимался Сергей Иванов и господи Песков – не имеет значения, потому что задание ставил президент Путин, то ничего удивительного в этом докладе нет. Другое дело, что, с моей точки зрения, в этом докладе нет ничего компрометирующего избранного президента США. Чего он такого нарушил?

С.Бунтман― Доклад был. А смысл какой?

А.Венедиктов― У меня задание – собрать все, что есть. Я собрал и передал. Обама же отреагировал на этот доклад. Как сказал бывший вице-президент Байден в кругу своих друзей, когда им Клеппер доложил справку по докладу, я имею в виду начальник разведслужбы США, такую же справку, какую он на следующий день доложил Трампу. Обама сказал: «Ну и зачем это нам? Что здесь такого?» Это сказал Байден, извините ради бога: «Нам это зачем? Что мы с этим будем делать?» Там нет ничего, кроме идеи, что, может быть, иностранная держава держит за одном место избранного президента США. Но вот этим Трампа не удержать. Этим можно было удержать чопорного Буша… А что, Меланья не знает, что ли? Понимаешь, да?

Но очень важна фигура Стила. Поэтому я опровергаю господина Лаврова, что он мошенник. Он беглый, скрывшийся – как Родченко – тем не менее, его репутация и в разведсообществе и у его заказчиков, я имею в виду те, кто давал ему заказы, проплачивал работу, очень высока. Я думаю, что Сергею Викторовичу надо его нанять. Может быть, пригодится для чего-нибудь. Все наоборот.

С.Бунтман― Ну, может быть, он в чем-то и мошенник. Может быть, он женщин обманывал. Может быть, Лавров это имел в виду. Я бы хотел вот что… Ты упомянут историю про допинг. Здесь у нас идет некое еще развитие этого всего. У нас идет возможность спортсменов выступать под нейтральным флагом…

А.Венедиктов― Возможность эта была всегда. Речь идет о том, что наши государственные деятели наконец-то заняли нейтральную позицию по нейтральному флагу: и вице-премьер Мутко и сегодня министр спорта заявили, что они ничего не имеют против того, чтобы российские спортсмены принимали участие в международных соревнованиях под нейтральным флагом. Не сомневаюсь, что это позиция президента Российской Федерации.

А.Венедиктов: Российский истеблишмент не знает, как поведет себя Трамп. Поддержка медийная заключалось в этом незнании

С самого начала вся история с допингом была упущена и об этом говорят самые высокопоставленные люди в нашей стране. Недооценили уровень проблемы и уровень последствий. И после этого мы видим, что президент, во всяком случае публично, всегда говорил: «Мы будем сотрудничать с ВАДА, мы будем сотрудничать с МОК… Нет, ребята, то, что вы делаете, это безобразие, но мы будем сотрудничать… Что вы делаете? Что за хреновина политическая?! Но мы будем сотрудничать. Приказываю всем сотрудничать. Приказываю Жукову сотрудничать, приказываю Мутко сотрудничать. Приказываю всем сотрудничать».

Потому что, естественно, в этой истории России выглядит еще хуже, чем, извините меня, в истории с Крымом. Потому что, если с Крымом все понятно: Мы честно заявили: «Крым наш» — и вот всё. А здесь – бабах! – тут вылетает, потом – бабах! – тут вылетает. Ребята, вы чего? Уже все расползается из-под рук. И это репутация страны.

Мы знаем, что Путин очень внимательно относился к репутации страны именно через спорт, через Олимпиаду в Сочи и так далее. И даже ходили слухи, что он хочет возглавить, оставив президентский пост тогда, если Медведев пойдет на второй срок – Путин пойдет на МОК. Вроде ему это безумно… Действительно, когда он встречается с представителями…, со спортсменами мировой известности или с представителями международных организаций спортивных, он очень долго, увлеченно с ними разговаривает. Иногда раньше, когда на встречах были, мы сидели там, ждали: – А где он? – А там у него члены МОК. Понимаешь, да? Понятно, что это ему интересно.

И поэтому, я думаю, что эта позиция, безусловно, с моей точки зрения, отражает позицию Путина. Пусть выступает. Все знают, что Сергей Шубенков – российский спортсмен. Он привезет медаль сюда. Ну, флаг… пусть выступает». Ну да, мы попали, мы попали в эту русофобскую… Но, с другой стороны, мы знаем, что замминистра уволенный, руководители департаментов уволены, Мутко снят со поста министра спорта, назначен человек с репутацией. Все, как бы сказать, в спорте амбивалентно. Не как в Крыму. Про Крым не разговариваем в очередной раз, вообще не разговариваем. Вот чего бы вы нам не предлагали – Крым наш, всё – забыли. А здесь – нет. Нет, здесь давайте такую… пусть проверяют англичане, давайте пробы отвозить туда… прекратите визжать – и прекратили визжать. Иногда, правда, визги порываются. И понятно, что конкуренты хотят это использовать и ничему тут удивляться не надо.

Я большой поклонник биатлона. Я очень переживаю, если российских спортсменов снимут. И особенно переживаю, если снимут «чистых» спортсменов. И поэтому считаю правильным, чтобы «чистые» спортсмены участвовали пусть под нейтральным флагом – поддержу здесь нашего министра спорта. Я смотрю за зрелищем…

С.Бунтман― Я хотел бы напомнить, что в 80-м году представители стран, которые бойкотировали Олимпийские игры…

А.Венедиктов – 65―ти стран…

С.Бунтман― И некоторых очень крупных стран…

А.Венедиктов― Британия… Они шли под нейтральным флагом.

С.Бунтман― Если я не ошибаюсь, Великий Себастьян Коу…

А.Венедиктов― Они шли под нейтральным флагом.

С.Бунтман― Они и шли и выступали под нейтральным олимпийским флагом.

А.Венедиктов― Потому что их страна бойкотировала, а они сочли нужным ослушаться свое правительство и иногда свои федерации, приехать сюда, в Москву и идти под нейтральным флагом. И все знали, что это НРЗБ.

С.Бунтман― Я говорю, назовите мне того дурака, который бы не знал, что это британские спортсмены. Ну, вот и все. И, между прочим, там же, на стадионе…

А.Венедиктов― Мне, как болельщику главное – смотреть, чтобы они соревновались.

С.Бунтман― Они соревновались. Но здесь существуют санкции гораздо большие: неорганизация соревнований очень многих федераций на территории России.

А.Венедиктов― Это, Сережа, такая техническая вещь…

С.Бунтман― Это не такая техническая… это большие деньги, которых лишаются…

А.Венедиктов― Конкуренция была всегда… А нефиг было допинг принимать.

С.Бунтман― Это первое…

А.Венедиктов― Да, а все остальное… Сначала – не было пороха, а все потом остальное.

С.Бунтман― Теперь два слова про Крым. Как ты понял и как ты относишься к этому нашумевшему заявлению Нади Савченко?

А.Венедиктов― Слушайте, Надя Савченко… я к ней никак не отношусь, это внутриукраинское дело…

С.Бунтман― Нет, как ты понимаешь это заявление?

А.Венедиктов― Я понимаю заявление, что член Верховной рады Надежда Савченко рассказала то, что она понимает, что в ближайшее время никакой российский президент не согласится ни на какие движения по Крыму и никакой украинский президент не согласится с тем, что Крым российский. Да хоть Янкович, да хоть Царев, что называется, да хоть Азаров – никто никогда не признает из них Крым российским. Это история такая.

В ближайшее время единственно возможный способ Украине вернуть Крым, это вступить в полномасштабную войну с Российской Федерацией. Полномасштабной войны России с Украиной, начиная с середины 17-го века, не было. Понимаешь, да? Поэтому надеюсь, что этой войны не будет. И Савченко в присущей ей манере просто на это указала. «Что делать в короткую? – сказала она, — при нашей жизни, что называется». Это ее видение.

С.Бунтман― Да, ее спросили, что будет означать мирное решение проблемы? Она говорит: «Мирное решение проблемы возможно только при таких и таких-то… условиях».

А.Венедиктов― Это ее точка зрения, и пусть они внутри как-то принимают решение. Это внутриукраинское дело. Я его комментирую как фотографию, которую один украинский политик – Савченко, Мавченко, Кавченко, Кравченко – один украинский политик отфиксировал, что вот это уровень возможностей сегодня, а завтра – хрен его знает. Еще раз повторю, что в 13-м году никто не думал, что Крым станет российским, что крымское население при поддержке Российской армии станет, соответственно, фактически российской территорией. Никому в голову это не приходило. Не было проблемы Крыма на Майдане, не было.

А.Венедиктов: Трампа изучать надо, но надо изучать каждого члена кабинета, Посмотрите картинку «Кабинет Трампа»

С.Бунтман― Нет, не было. Я надеюсь, что мы прекрасно помним, хотя, может быть, и не все.

Скажи, пожалуйста, Алеша, про наше, про шкурное. Тут несколько высказываний было у Владимира Владимировича Познера насчет фронды, насчет игр, которые играет то же самое «Эхо Москвы».

А.Венедиктов― Да, Владимир Познер наехал на «Эхо», дав интервью «Собеседнику», сказав, что «у нас нет независимых СМИ, а вот эти независимые СМИ, которые есть – возьмем «Эхо Москвы»…, — не возьмете, Владимир Владимирович, уже не возьмете, — играет во фронду, в игры, фрондирует…». А чего вы, Владимир Владимирович, если есть такая возможность, не играете в игры такие? Где у вас бывший премьер-министр Путина Касьянов? Где у вас бывший советник по экономике Путина же Илларионов? Где у вас Алексей Навальный, занявший второе место на выборах мэра Москвы? Где у вас был Борис Немцов, например, про которого когда-то вы сказали, что он похож на историю курицы с отрезанной головой: голова отрезана – он все бегает и трепыхается, — и Борис вам ответил довольно бодро? Но не у вас он ответил, потому что его у вас не было. Ну, сыграйте в эти игры, если для вас игры… Или эти игры настолько опасны, что вы предпочитаете о них даже не заикаться? К вашей точке зрения, как говорят сейчас американские журналисты, я отношусь скептически.

С.Бунтман― Как ты думаешь, зачем он это делает, зачем говорит такие вещи?

А.Венедиктов― Ну, потому что он сам боится позвать в эфир названных людей. Я еще раз повторяю: эти люди – я имею в виду Касьянова, Илларионов – это люди, которые выросли при Путине и были путинскими людьми, а как только они стали для Путина неудобны, он их не зовет.

С.Бунтман― Мне кажется, что просто так легче, наверное, жить?

А.Венедиктов― Меня не интересует степень сложности его жизни.

С.Бунтман― Да нет, меня тоже не особенно интересует. Наверное, так легче жить, если объявить, как Российская Федерация очень любит объявлять: а все такие же сволочи… да, мы сволочи, а все такие же сволочи, только еще хуже. Вот и всё.

Скажи мне, пожалуйста, возвращаясь к Трампу и возвращаясь к российско-американским отношениям. Вот мы обозначали Мюнхен как место встречи ближайшее, какой будет уровень участия. Но ведь это нормальная такая рутина…

А.Венедиктов― Но новая администрация пришла, это не рутина.

С.Бунтман― Нет, рутина при появлении новой администрации. Меня с начала передачи, а, может быть, даже и раньше как-то озадачивает: ну, неужели, действительно, настолько неожиданно было, настолько не прорабатывались все варианты?

А.Венедиктов― Я думаю, что российские политики научились себя «заблуждать». Знаешь, сами заказывают по телевидению вранье, потом сами в него верят. У меня есть пример. Я его готовил вчера к госпоже Захаровой, но просто не хватило времени. Глава МИД России Сергей Лавров заявил, что Россия не нарушала Будапештский меморандум, — об этом сказал на пресс-конференции. «Если вы имеете в виду Будапештский меморандум, то мы его не нарушали. Будапештский меморандум включает одно единственное обязательство: не применять против Украины ядерное оружие. Никто этого не делал», — сказал Лавров.

Я взял Будапештский меморандум с сайта Организации Объединенных Наций.

С.Бунтман― А он есть там в доступе, да?

А.Венедиктов: Наши госдеятели наконец заняли нейтральную позицию по нейтральному флагу:Мутко, министр спорта не против

А.Венедиктов― Да. «Российская Федерация, Соединенное Королевство Великобритании, Северной Ирландии, США подтверждают Украине свои обязательства в соответствии с принципами заключительного акта СБСЕ уважать независимость, суверенитет Украины, — Сергей Викторович! – существующие на тот момент границы Украины». Это по поводу уважения меморандума. «Российская Федерация, Соединенное Королевство Великобритании, Северной Ирландии, США подтверждают свои обязательства воздерживаться от угрозы силой или применения ее против территориальной целостности или политической независимости Украины, и никакие их вооружения никогда не будут применены против Украины». Это Будапештский меморандум. Я вам читаю текст с сайта ООН.

И вот, убеждая себя в том и убеждая всех – это пресс-конференция – что Россия не нарушала Будапештский меморандум… Ну, вы скажите, что он не был ратифицирован, что он устарел, вы скажите, что его надо пересмотреть, но «не нарушала» — нет, нарушала! Ну и пусть нарушала, — скажете вы. И это скажите. Сами верят в эту чепуху. Документы открыты. Новая эпоха позволяет не только…

С.Бунтман― Ну, как можно так забыть?

А.Венедиктов― Можно. Послушай, была история. Интересная история. Идут выборы в Германии. Мы их освещаем. Идет пресс-конференция кандидата Меркель. И мы говорим о том, что Меркель поддержала «Северный поток» с условием экологии. Мне звонит очень высокопоставленный кремлевский житель, не Песков и говорит: «Вы там очумели? Меркель против «Северного потока». Твое радио врет! Твое радио нагло врет!» Я говорю: «Послушай, откуда ты взял, что Меркель против «Северного потока»?» — «Ты что, телевизор не смотришь? Вчера на «Первом канале» было какое-то шоу и там Рар не Рар не знаю, кто говорил…». Я говорю: «Ребята, вы сами… А вот лежит пресс-конференция Меркель. У меня лежит скрипт. Читаю…». Дальше – «Ой!» Я говорю: «Ты сам заказал – ты сам в это поверил, и еще на меня орешь». Документы есть, скрипты, все сохраняется. Гугл знает все, что называется. Все сохраняется. Почему «закон о забвении наши приняли»? Чтобы стирать всё. Ничего не сотрете. Все сохраняется. Убрать сайт? Уберем. В кэше, в Гугле найдут, как угодно, в твиттах, в фейсбуках – надо будет, оттуда вытянут. Все сохраняется.

И эта самонакрутка себя – а мы видим это, кстати, по некоторым политикам не только российским, но по российским тоже. Да про допинг я тебе скажу. Когда только это все появилось, еще фильм ARD-шный, я разговаривал с некоторыми товарищами: «Леша, все чухня! Чего ты мне?» Я говорю: «Родченко бежал. А чего он бежал?» — «Да Родченко такой…». Я говорю: «Ты же его назначал». – «Ну, специалист-то он хороший». Я говорю: «Ну так сейчас ARD фильм выйдет. Скрипт-то есть уже». – «Да все, Леша, чухня! Это он просто мстил. НРЗБ Но, вообще, это чухня». – «Слушай, что чухня?» – «А ты вчера смотрел у Соловьева?» Я говорю: «Нет. При чем здесь Соловьев? Я тебе документ говорю: даты, явки, времена, пароли. При чем здесь передача по телевизору или статья в газете? Я же не про это. Я про документ».

Недавно тут рассказывал одному своему товарищу гениальную историю с процессом над Бухариным, по-моему, когда все было вырезано, все было сделано. И значит, там такой-то товарищ – не помню, Крестинский, по-моему – дает показания, что он с Троцким встречался с Норвегии в Осло в таком-то отеле. Это же все процесс. Там сидят иностранные журналисты. Его десять раз переспрашивают, какого числа… Адвокат переспрашивает: «Такого числа?» — «Такого». – «В таком-то году?» — «В таком-то». – «В таком-то отеле?» — «В таком-то». Всё, отфиксировали. На следующий день правительство Норвегии пишет: «Этот отель был разрушен за 3 года до даты встречи». И там потом Сталин устроил: «Вы подготовиться не можете! Вы проверить ничего…». Вот эта история. Вот она про то же самое, Сережа.

С.Бунтман― Это какая-то болезнь, ты знаешь.

А.Венедиктов― Лечиться надо. Аптека. Поможем. Она рядом.

С.Бунтман― Доктора, в общем, неплохие.

А.Венедиктов― Надо быть скептичным.

А.Венедиктов:В ближайшее время единственно возможный способ Украине вернуть Крым,вступить в полномасштабную войну с РФ

С.Бунтман― Да, это хорошее дело. Ну что ж, Алексей Венедиктов. Спасибо большое. Сегодня у вас прямая будет в 18 часов?

А.Венедиктов― Прямая. Орлеанский бастард. Наталья Ивановна Басовская, да. Дюнуа.

С.Бунтман― Кто у нас, артист Кассель в этом самом фильме?

А.Венедиктов― Да, Кассель. НРЗБ.

С.Бунтман― Вы пересмотрите. Хорошее кино.

А.Венедиктов― Какое кино-то, ты скажи людям.

С.Бунтман― «Жанна Д’Арк» с Милой Йовович. Это хорошее кино. Я пересмотрел недавно. Изменил мнение. Всего вам доброго, до ближайших встреч!


Источник: echo.msk.ru





Министерство юстиции США сообщило об аресте сотрудника американской программы по созданию атомных подводных лодок, которому предъявлены обвинения в попытке продать военные секреты другому государству. Власти при этом не уточняют, о какой именно стране идет речь. Сообщается, что инженер пытался передать карту памяти с закрытыми данными, спрятав ее в половинке бутерброда.

13:22 | 11.10.2021